...< по авторам ...<  

Асаф, прозванный оратором из Тира

  Что мне сказать о его речах? Возможно, что-то в его личности придавало силу его словам и влекло к нему тех, кто его слушал. Он был прекрасен, и сияние полдня было на его лице.

  Мужчины и женщины больше смотрели на него, нежели следили за его рассуждениями. Подчас его речи отличались такой силой духа, что это покоряло всех.

  В юности мне довелось слушать ораторов Рима, Антиохии и Александрии. Молодой назарянин не похож ни на одного из них.

  Те с большим искусством подбирали слова, чтобы завладеть слухом собравшихся, но когда говорил он, душа как бы покидала вас и устремлялась в края еще не виданные.

  Ничего похожего на истории и притчи, которые он рассказывал, никто никогда в Сирии не слыхал. Он, казалось, сплетал их из времен года, подобно тому как время сплетает годы и поколения.

  Начинал он так: «Пахарь отправился в поле сеять семена…», или: «Жил однажды богач, имевший много виноградников…», или: «Стал пастух пересчитывать вечером свое стадо и увидел, что одна овца пропала…»

  И эти слова уводили слушателей к их простейшей сущности, в прошлое их дней.

  Мы все в душе пахари и нам всем дорог виноградник. И на пастбищах нашей памяти – и пастух, и стадо, и заблудшая овца.

  Там же и лемех, и точила, и гумно.

  Он знал, откуда возникло древнее «Я» и та нескудеющая нить, из которой мы сотканы.

  Греческие и римские ораторы говорили своим слушателям о жизни, какой она представала разуму. Назарянин говорил о страстном стремлении, которое обитает в сердце.

  Они видели жизнь глазами чуть более ясными, чем ваши или мои. Он видел жизнь в свете Божием.

  Я часто думаю, что он обращался к толпе, как гора обращалась бы к долине.

  И была в его речах сила, которою не обладали ораторы ни в Афинах, ни в Риме.
0
Зарегистрируйтесь чтобы оставить комментарий