...< по авторам ...<  

Баба Клепа

  Однажды в пятницу я жил в маленькой деревне. Она была такая маленькая, что никакой картограф, даже с самым университетским образованием, не мог бы ее уместить на карте.

  Жил я у бабы Клены. Бабу Клену по-настоящему звали Асклепиодотта Власьевна, но она очень стеснялась своего имени и даже не стала получать паспорт. Стеснялась она, стеснялась, да так, что не вышла замуж. Потом, правда, выяснилось, что выходить уже не за кого, потому что все ее односельчане вымерли.

  Радио

  На стене у бабы Клепы висело радио. Оно было затейливо прикреплено маленькими проводочками к другим проводочкам, торчащим из стены.

  Да и само радио было затейливое-затейливое. Только разве не работало. Как-то раз баба Клепа попросила меня починить хитрый аппарат.

  Я подходил к нему справа и слева, хмурил брови и открывал широко рот. Когда мне надоедало держать рот открытым, я говорил какие-нибудь умные слова:

  — Диод три-дэ-пять… Фонит, стало быть, а может, строчник погорел, или кондер пробивает…

  Наконец бабе Клепе надоело слушать мое бормотание, и как она плюнет! Но не в меня, а в радио. Оно и заработало.

  Правда, как-то странно.

  Не говорит ничего, только шипит. То злобно шипит, то ласково. Мы по этому шипению научились погоду предсказывать.

  Липучка

  А с потолка у бабы Клепы свисала липучка. На липучке были прикреплены мухи.

  Липучка была такая липкая, просто ужас! Однажды к ней приклеился даже страховой инспектор! Но это совсем другая история.

  Творожные лепешки

  По утрам баба Клепа пила молоко, днем кушала щи, а вечером делала творожные лепешки. Лепешки у нее были замечательные и они нравились всем — мне, кошке Ласочке, которая всегда спала на подоконнике, тяжело вздыхая, приблудной собаке неизвестного имени и самой бабе Клепе.

  Но вот беда, их запах очень нравился большому усатому таракану, который жил у бабы Клепы за печкой.

  Он выходил оттуда и шевелил усами.

  Тогда баба Клепа прыгала на стол, громко кричала и поминала нехорошими словами патриарха Никона, видимо насолившего ей чем-то в ее стеснительной молодости.

  Баба Клепа очень боялась тараканов. Тогда я бежал за стариком Пафнутием. Тот был амбарным сторожем и отменной храбрости мужчиной. Одну ногу у него оторвало на империалистической войне, другую на Гражданской, правую руку он потерял в финской кампании, а левую — будучи в партизанах Отечественной войны.

  Зубы, правда, ему выбили в других местах, про которые все так много нынче пишут.

  Слава Богу, что в амбаре совсем ничего не было, иначе бы старику Пафнутию пришлось нелегко на его теперешней службе.

  Так что уж кто-кто, а старик Пафнутий был тем человеком, который не побоялся бы ничего.

  Итак, я зазывал старика, тот подползал к порогу и грозно цыкал на таракана, так что тот убирался восвояси.

  После этого мы пили чай втроем, а Пафнутий рассказывал нам, что своих тараканов он давно приструнил и даже научил ходить строем.

  В доказательство он даже подарил мне одного из них, самого смышленого.

  Но в поезд меня с тараканом не пустили, и пришлось его привязать на веревочке к последнему вагону.

  Однако по пути последний вагон отцепили, и я приехал в Москву без подарка.

  

  ©Владимир Березин
0
Зарегистрируйтесь чтобы оставить комментарий