...< по авторам ...<  

Четырнадцатый слева

  Однажды утром подходит ко мне бригадир:

  — Надо тебе, Филимонов, выступить от нашей бригады на корпоративном вечере.

  — А что за корпорация?

  — Корпорация — это наш завод. Юбилей приближается.

  — Что говорить-то? — спрашиваю.

  — Говорить, к счастью, ничего не нужно, — отвечает. — Нужно просто спеть. Только не упади в обморок раньше времени — петь нужно в сводном заводском хоре. Так специально задумано — от каждой бригады выделено по одному человеку. Чтобы символизировать нашу гармоничную слаженность.

  Ну, я тоже за словом в карман не полез.

  — Всем известно, — говорю, — что у меня полное отсутствие музыкального слуха. А особенно — звука. Стоит мне запеть, как все кругом уши затыкают.

  — Ладно, Филимонов, — перебил меня бригадир, — хватит заниматься демагогией. Я же тебе русским языком объяснил — сводный хор. Соображать должен, что это означает. На сцене будет человек сто. Все условия созданы тебе для того, чтобы сачкануть. Будешь молча разевать рот, и никакая собака к тебе не придерется.

  Одним словом, уговорил он меня. Правда, я тоже условие поставил — чтобы никаких репетиций. Зачем мне тратить на них время? Раскрывать рот я и во время работы могу потренироваться. С этим бригадир неожиданно легко согласился. Видимо, ему поручили выделить человека лишь для концерта, а не для репетиций.

  Я тут же перешел в наступление и велел разузнать, какую песенку будет исполнять наш хор. Так он постарался на совесть — после обеда принес всю программу юбилейного концерта. И там первым номером написано: «Заводская рапсодия» — исполняет сводный хор». Эту песню я раньше не слышал, да и слышать не мог — ее слова специально написал к юбилею инженер по технике безопасности. Кстати, слова бригадир тоже раздобыл. Конечно, лучше бы оказалась какая-нибудь известная песенка, чтобы легче было в такт рот разевать. Но тут уж выбирать не приходилось.

  …Еще продолжалась торжественная часть, когда я пришел за кулисы. И очень вовремя — там как раз шла регистрация участников хора. Потом меня направили к руководителю. Он спросил, какой у меня реет. Я признался — 165 сантиметров. Он что-то посчитал на бумажке и сказал:

  — Будешь стоять в первом ряду, четырнадцатым слева.

  Когда перед началом концерта мы стали выстраиваться на сцене, я хотел с кем-нибудь поменяться местами, чтобы стоять скромнее, подальше от зрителей. Все-таки дебютант и сразу — в первом ряду. Однако никто не согласился.

  Вдруг слышу — ведущий объявляет на весь зал:

  — «Заводская рапсодия». Слова инженера по технике безопасности Конина. Музыка крановщицы Шимановской. Исполняет сводный хор нашего завода.

  Занавес раздвинулся. Сначала аккордеонист сбацал увертюру. Вот она закончилась, и руководитель взмахнул обеими руками, мол, поехали, ребята. Понимая, что сейчас грянет многоголосый хор, я начал беззвучно разевать рот. Однако на сцене не раздалось ни единого звука. «Лихо опозорился бы, — подумал я, — вылези раньше времени со словами». А руководитель продолжал махать и сверкал на всех нас злодейским взором.

  Аккордеонист, отыграв первый куплет, перешел ко второму. Я снова принялся молча изображать пение и опять ничего не услышал.

  Тогда я оглянулся назад. Все певцы нашего сводного хора — и женщины, и мужчины — по-рыбьи разевали рты, не издавая ни малейшего звука. Стало быть, всех заставили участвовать в хоре на тех же условиях, что и меня. Тут и зрители поняли причину нашего безмолвия.

  Короче говоря, такой позор случился, что хоть на глаза людям не показывайся. Поэтому уже на следующий день я взял отгул, который обещали каждому за участие в хоре.

  ©Александр ХОРТ
0
Зарегистрируйтесь чтобы оставить комментарий