...< по авторам ...<  

Карл и Кисочка

  – Где ты был?

  – Так, гулял.

  – А я тебе что сказал?

  Мальчишка посмотрел на Карла своими блестящими глазами и ничего не ответил.

  – Я тебе что сказал? – угрожающе повторил Карл.

  – Чтобы не выходил.

  – А ты вышел, – подытожил Карл. – И что я теперь с тобой сделаю? – Карл поискал глазами палку, но не нашел, оперся на подлокотники кресла и привстал. Мальчишка отпрыгнул к двери и взялся за ручку. Мальчишки – они как коты, подумал Карл. Один раз выпустишь – и все, уже не удержишь, даже связывать не поможет. Карл расслабил руки и дал себе упасть в кресло. Ему показалось, что мальчишка у двери ухмыльнулся.

  Котенка Карл обнаружил только утром. Маленький тощий зверек непонятного грязного цвета, с торчащими позвонками и тонким, почти крысьим хвостом стоял на полу, растопырив худые лапы и, захлебываясь и кашляя, пил молоко из большой Карловой ложки. Мальчишка сидел рядом с ним на корточках и довольно ворковал.

  – Это еще что? – хмуро спросил Карл. Как обычно по утрам, нога болела невыносимо.

  – Это кисочка, – ответил мальчишка, почесал котенка за ухом и сам зажмурился от удовольствия, как будто это его почесали. – Будет с нами жить.

  – Кто сказал? – Карлу вдруг стало весело. Удивительно, как быстро наглеет мальчишка. Еще месяц назад он только трясся и плакал, а теперь препирается с Карлом, как будто всю жизнь этим занимался.

  – Я сказал. – Мальчишка деловито накапал в ложку еще молока, и котенок урча принялся его вылизывать.

  В ноябре произошло то, чего Карл боялся больше всего на свете: нога окончательно отказалась ему служить. Он несколько раз пытался встать, но вторая нога, тоже изъеденная болезнью, не выдерживала вес его огромного тела.

  – Подай палку, – велел Карл мальчишке, стараясь говорить спокойно.

  – Тебе нужны костыли, – сказал мальчишка. Котенок, вечно вертевшийся у него под ногами, пронзительно пискнул. – Вот видишь, – обрадовался мальчишка, – и кисочка говорит.

  – Палку! – рявкнул Карл. Мальчишка вжал голову в плечи, встал на колени и полез под кровать. Несколько мгновений из-под свисающего покрывала торчали его худой зад в старых спортивных штанах и грязные босые ноги, потом мальчишка упал на живот и, дергая ногами, забрался под кровать целиком. Котенок остался снаружи и принялся охотиться на бахрому покрывала. Карл с любопытством посмотрел на него. За месяц зверек отъелся и отрастил недурную шерсть, и даже его жалкий крысий хвостик внезапно превратился в роскошное пушистое перо, такое длинное, что Карл только диву давался. Накануне мальчишка вымыл котенка с мылом и повязал ему на шею золотистую ленточку от подарочной упаковки, и теперь вид у него был довольный и нарядный, как на картинке в настенном календаре.

  – Где моя палка? – спросил Карл почти мирно. – Вылезай.

  Мальчишка повозился под кроватью, но не вылез.

  – Вылезай, – повторил Карл. – Мне надо в туалет, а без палки мне не встать. Если я наделаю в штаны, убирать будешь ты.

  – Чего это? – спросил мальчишка из-под кровати.

  – Ну я же инвалид, – сказал Карл и поразился тому, как легко у него это вышло.

  Мгновение спустя из-под кровати появились грязные пятки. Котенок бросил бахрому и припал к полу. Следом за пятками показались старые спортивные штаны, теперь покрытые толстым слоем пыли. Котенок поерзал, поудобнее подбирая под себя лапки. Когда из-под кровати выехал зад, котенок прыгнул.

  – Ай! – завопил мальчишка, вскакивая. Котенок болтался у него сзади, вцепившись когтями в спортивные штаны. Карл расхохотался, его кресло заходило ходуном.

  – И ты, кисочка, – слезливо пожаловался мальчишка, отрывая котенка от штанов и прижимая его к груди. – И ты меня не любишь!

  Котенок уткнулся ему носом в сгиб локтя и замурлыкал.

  Весной Карл окончательно перестал вставать. Мальчишка где-то раздобыл ему костыли, но Карл был слишком тяжел и слишком слаб, чтобы ими пользоваться. К этому времени отказала и вторая нога, и Карл проводил все время в своем кресле, укрывшись покрывалом с бахромой. На покрывале лежала Кисочка и грела ему колени.

  – А если ты умрешь? – то и дело спрашивал мальчишка, и его глаза блестели больше обычного. Карл подозревал, что он плачет потихоньку, но никогда с ним об этом не говорил.

  – Обязательно умру.

  – А что мы с Кисочкой будем делать?

  – Пойдете в полицию.

  – Зачем?

  – Они вернут тебя родителям, – ответил как-то Карл, попытался пошевелиться и болезненно сморщился. – Только не забудь им сказать, что я тебя украл.

  – Но ты же не украл! – закричал мальчишка.

  – Еще как украл, – сказал Карл, закрывая глаза. – Ты просто не помнишь. Иди отсюда, я хочу спать.

  * * *

  – Боже мой, боже мой! – прорыдала дона Консейсау. – Да откуда же вы взяли этот ужас?! Похитители детей?! У меня дома?!

  Полицейскому инспектору Витору Обадии было немного неловко. Надо же так ошибиться.

  – Ну-ну, – сказал он и похлопал дону Консейсау по руке. – Ну не расстраивайтесь. Бывает. Дать вам носовой платок?

  Дона Консейсау затрясла головой, разбрызгивая слезы. Ее щеки дрожали, как хорошо застывшее желе.

  Что-то коснулось ноги инспектора. Он наклонил голову и увидел невероятно пушистую кошку.

  – О! – сказал Витор Обадия, присаживаясь на корточки. Он обожал кошек. – Ваша кошка? Как ее зовут?

  – Кисочка, – сказала, сморкаясь, дона Консейсау. – Сын с помойки принес, уже давно. Вот такусенькая была. – Дона Консейсау показала пальцами сантиметров десять. – Думали, сдохнет, а она вон какая выросла.

  Полицейский инспектор почесал кошку за ухом. Кошка наклонила голову и пронзительно пискнула. На шее у нее была повязана абсолютно неуместная золотистая ленточка от подарочной упаковки.

  

  ©Лея Любомирская
0
Зарегистрируйтесь чтобы оставить комментарий