...< по авторам ...<  

Любовь — это понимание

  На свете жил один король, он был не гений, не герой, хотя был многих званий удостоен, но разговаривать привык с людьми на ты, с собой на вы. «Мы…» — говорил, и прочее такое.

  Король еще не старым был, и он однажды полюбил бесхитростную девушку Наташу.

  — Наташа, — говорит король, — сегодня двери нам открой, сегодня, говорит, — ты будешь наша.

  Наташа задрожала вдруг, и на лице ее испуг, и щеки зарумянились стыдливо:

  — О, государь мой, как мне быть? Я вас готова полюбить, но не могу я… с целым коллективом.

  Король ответил, пошутив:

  — Мы уважаем коллектив, и мы готовы с ним считаться даже. Но в твой гостеприимный дом сегодня мы одни придем.

  — А сколько вас? — сконфузилась Наташа.

  Король внезапно замолчал и сразу как-то заскучал. И проворчал:

  — С тобой не сваришь каши… Сегодня ночью дверь закрой! — сердито приказал король и полюбил смышленую Дуняшу.

  Закон сохранения любви

  Говорил мужчина даме:

  — Есть закон теплообмена. И тепло, что между нами, исчезает постепенно.

  Но другой закон угоден даме был. Она сказала:

  — До сих пор еще в природе ничего не исчезало.

  И мужчина вдохновенно поддержал подруги мненье:

  — Это верно. Во вселенной все, как в камере храненья. Где-то там, за неба краем, кто-то вспыхнет с новой силой…

  Для того и остываем, чтобы им тепла хватило.

  Совет да любовь

  Жил на свете султан по прозванью Карем. У султана Карема имелся гарем: шестьдесят четыре персоны, все крикливы, ленивы и сонны.

  Настоятель гарема, красавец Селим, называвший гарем не «гарем», а «горим!», умолял султана Карема отпустить его из гарема.

  Он учиться хотел. Но султан отвечал:

  — Что такое, Селим? Почему заскучал? Ты, что предан работе всецело, оставляешь любимое дело? Каждый хочет учиться, — добавил Карем, — но не это от нас ожидает гарем. Об учении думать не время: посмотри, что творится в гареме.

  А в гареме такое, что бедный Селим наводил бы порядок до самых седин. Но собрал он сознательных женщин и нарек их советом старейшин. Эти мудрые женщины, знавшие толк в чувстве долга и в том, чего требует долг, неусыпно и неустанно направляли желанья султана. Только тех отбирал для супруга совет, кто имел и заслуги, и выслугу лет, кто был сдержан, уравновешен, в мыслях скромен и в страсти безгрешен.

  И султан загрустил от порядков таких:

  — Что-то стал ты, Селим, затирать молодых. Правда, старость почтенна, но все же ты дорогу давай молодежи.

  А Селим уж и рад продвигать молодежь, только где молодую такую возьмешь, чтоб она подошла по заслугам и годами была, как старуха?

  И все чаще султан уходил в кабинет, говоря, что для радостей времени нет, что в его, государевой, власти не свое, а народное счастье.

  Но заметил, заметил дотошный совет: он впускал посторонних к себе в кабинет. Стоит только окну раствориться, как в окошко сигает девица.

  Что тут можно добавить? Гарем под рукой, а супруг изменяет гарему с другой. Тут — открыто сказать не пора ли? — возникает вопрос о морали. Был с султаном серьезный, большой разговор. Пригласили его на персидский ковер и просили его объясниться: что он делает с этой девицей?

  От такого вопроса увяла трава. Что-то мямлил султан, подбирая слова, и о чем-то смущенно просил он… Но любовь придала ему силы.

  — Я люблю эту женщину! — крикнул Карем. — И любить ее буду до гроба!

  И султан распустил нелюбимый гарем, а Селима послал на учебу.
0
Зарегистрируйтесь чтобы оставить комментарий