[Анаксагор был изгнан из Афин.] Ему сказали: «Ты лишился общества афинян». Он ответил: «Нет, это они лишились моего общества».

Анаксагор, потеряв сына, сказал: «Я знал, что породил смертного».

В конце концов, отказавшись от всего, он [Анаксагор] занялся умозрением природы, не тревожась ни о каких делах государственных. Его спросили: «И тебе нет дела до отечества?» Он ответил: «Отнюдь нет, мне очень даже есть дело до отечества!» - и указал на небо.

В преисподнюю путь отовсюду один и тот же.

Ответ умирающего в изгнании Анаксагора друзьям, которые спрашивали, не перенести ли его тело на родину (Цицерон, «Тускуланские беседы», I, 43, 104). Цицерон-00, с. 245. Также у Диогена Лаэртского, II, 11: «Спуск в Аид отовсюду одинаков» . Диог. Лаэр., с. 106.

Все содержится во всем. (Вариант: Во всем содержится доля всего.)

Есть два урока смерти: время до рождения и сон.

Кто-то сокрушался, что  умирает на чужбине; Анаксагор сказал ему: «Спуск в Аид отовсюду одинаков».

На вопрос, для чего он родился на свет, он [Анаксагор] ответил: «Для наблюдения солнца, луны и неба».

Ничего нельзя узнать, ничему нельзя научиться, ни в чем нельзя удостовериться: чувства ограниченны, разум слаб, жизнь коротка.

«Ты лишился общества афинян». – «Нет, это они лишились моего общества».

Ответ Анаксагора, изгнанного из Афин по обвинению в безбожии (согласно Диогену Лаэртскому, II, 10). Диог. Лаэр., с. 106.

Человеку, спросившему, станут ли когда-нибудь морем лампсакийские холмы, он [Анаксагор] (…) ответил: «Да - хватило бы только времени».