Если раз принял решение и приступил к делу, так что все пущено в ход и остается ждать результата, тогда уже нечего смущать себя новым передумыванием наполовину исполненного и придумыванием возможных опасностей. Тогда скорее всего следует вполне предоставить дело его собственному течению и перестать о нем думать, успокаивая себя той мыслью, что в свое время все было обдумано зрело.

Если хочешь оценить состояние человека относительно его благополучия, следует спрашивать не о том, что его радует, а о том, что его печалит, ибо чем ничтожнее это последнее само по себе, тем  человек счастливее: благополучие в том и состоит, чтобы быть чувствительным к мелочам, которых в несчастии мы вовсе не замечаем.

Если шутка прячется за серьезное - это  ирония; если серьезное за шутку - юмор.

Есть два способа познавать жизнь: один - по закону основания, по разуму, другой - через познание идей. Первый способ идет от следствия к причине и наоборот - в  бесконечность. Следуя этому способу, люди живут, надеются, чего-то ожидают, изучают, сочиняют науки, выводы которых совершенно относительны, т. е. состоят из цепи причин и следствий. И этим же путем люди надеются даже создать философию! Следуя закону основания (который в своих четырех видах, как домовой, вечно дразнит и морочит их), они мечтают найти в знании удовлетворение и  счастье в жизни, продолжая бодро идти вперед. Они не замечают при этом, что это все равно, что гоняться за горизонтом с целью поймать облака или ощупывать и поворачивать шар со всех сторон с целью достать центр его. По истине, они напоминают мне белку в колесе! Этим путем можно сделаться, в теоретическом отношении, умнее, опытнее, а в практическом отношении, при благоприятных обстоятельствах, достигнуть счастья; другими словами - при этом способе познавания за каждым желанием следует удовлетворение, которое в свою очередь вызывает новое желание - и так до бесконечности.

Есть особого рода мужество, которое происходит из того же источника, как и добросердечие, именно - из способности познавать себя в других почти также отчетливо, как в самом себе. Каким образом происходит отсюда добросердечие - я уже указывал раньше. Мужество же вытекает отсюда оттого, что  человек, одаренный способностью познавать себя в других, мало привязан к своему личному бытию, живет большей частью жизнью общей и потому мало заботится о собственном благополучии. Конечно, это не единственный источник мужества, ибо оно есть следствие многих причин; но этот род мужества самый благородный, так как он свидетельствует о великой кротости характера. На  женщин такие характеры влияют неотразимо.

Желание по природе своей - страдание; достижение скоро порождает пресыщение; под новым видом снова проявляется желание, потребность; если же нет - то является бессодержательность, пустота, скука, борьба с которой настолько же мучительна, как и с нуждой.

Жениться - это значит наполовину уменьшить свои права и вдвое увеличить свои обязанности.

Женщины существуют единственно только для распространения человеческого рода, и этим исчерпывается их назначение.

Жизнь есть в сущности состояние нужды, а часто и бедствия, где всякий должен домогаться и бороться за свое существование, а потому и не может постоянно принимать приветливое выражение.

Жизнь есть ночь, проводимая в кошмарном сне.

Жизнь и сновидения - страницы одной и той же книги.

Жизнь - очень сомнительная вещь, и я решил посвятить свою жизнь размышлениям о ней.

Жизнь: с точки зрения молодости - бесконечное будущее; с точки зрения старости - очень короткое прошлое.

Зависть есть несомненный признак недостатка, следовательно, если обращена она к заслугам, - то недостатка заслуг.

Задача романиста вовсе не в том, чтобы рассказывать нам великие события, а в том, чтобы передать в интересном виде мелочи жизни.

Здоровье до того перевешивает все остальные блага жизни, что поистине здоровый нищий счастливее больного короля.

Из личных свойств непосредственнее всего способствует нашему счастью веселый нрав.