Актерство – это просто развитие того, чем ты занимался когда был ребенком и играл, скажем, в ковбоев и индейцев. Для меня не всегда важно в каком жанре кино, если сценарий хороший.

Вы только представьте, что всю  жизнь вам приходится слушать, как люди в смокингах поют свои нудные песенки про луну и звезды, - и тут появляется гитара Джими Хендрикса! Это был действительно мощный взрыв!

В юности я боялся, что у меня будет скучная жизнь. Тогда я не очень хорошо знал, чем хочу заниматься, но я хорошо знал чем не хочу. И то, что я не хотел – это возвращаться день ото дня в одно и то же место. Просто не хотелось обыденности – вот и все.

Если бы у меня, как у моего героя в фильме “Бойфренд из будущего”, была возможность путешествовать в  прошлое. Я бы не стал менять сильно много вещей… Я однозначно отправился бы в тот момент, когда мне первый раз предложили сигарету и я бы сказал: “Нет, спасибо большое”. Я бы точно сделал это, потому что моя  жизнь стала бы намного легче. Я бы использовал такую способность, чтобы вернуть вещи по которым я скучаю. Например отправился бы посмотреть на легендарный концерт Джеймса Брауна в театре “Аполло” в 1962… Посмотрел бы Чемпионат мира по футболу 1966-го…

Если бы я правил миром, каждая женщина имела бы в своем гардеробе Chanel.

Играть плохих парней намного белее интересней чем хороших ребят. Когда ты играешь плохого парня, понимаешь как страшно ты мог бы жить.

Источник силы для меня – состоит из кофе! (Смеется) Раньше это были сигареты, но,  слава Богу, я их бросил! Вернее я думал, что это были они, но на самом-то деле они ни с чем не помогают! И еще…  Страх быть уволенным – тоже отличный источник силы! Серьезно – это провело меня через многое – боязнь унизительного положения.

Мне нравится сниматься в фантастических фильмах. Я  фанат фантастики.

Мои актеры- герои – это Энтони Хопкинс и Кристофер Уокен. Если из личной жизни – это мой  отец. Он был хорошим, спокойным, отважным и добрым человеком. Его звали Альфред и он мой  герой до сих пор.

Никогда не ходи туда, куда нужно надевать коричневые ботинки.

Одно из моих тяжелейших разочарований, хоть у меня их и не много, состоит в том, что слишком долго я ставил статус и репутацию человека выше его более важных качеств.

Послушай, я даже не знаю, что теперь зовется рок-н-роллом. Мне кажется, этот термин цепляют теперь к чему угодно. Раньше говорили, что  умереть молодым — вот рок-н-ролл. А я хочу, чтобы Джими Хендрикс был жив, я хочу, чтобы Дженис Джоплин была жива, я хочу, чтобы даже Курт Кобейн был жив! Пристрелите меня, но это так и есть.

Я безумный романтик и беспомощен пред женскими чарами.

Я делаю все что могу, чтобы ограничить сексизм и расизм, но я, все равно, всего лишь обычный человек. Я не вхожу ни в какие партии или движения.

Я люблю блюз, соул и всегда любил американскую “черную” музыку, равно как и вдохновлялся чернокожими американскими актерами. Английских артистов я тоже не забываю – меня всегда восхищали “Роллинг Стоунз”. Однако, основой для меня всегда был блюз, во всех его формах и проявлениях. От Джона Ли Хукера до Джеймса Брауна, Марвина Гэя и Принца – от него я просто тащусь.

Я начал с театра! Затем работал на радио… Радио Би-Би-Си - это одна из лучших вещей в Англии. Потом я попал на  телевидение, мне тогда было уже под тридцать и играл в каких-то шоу… И вот после этого мне стали доставаться небольшие роли в  кино. Мне уже было далеко за сорок, когда я снялся в ленте “Крезанутые” – это было рок-н-рольная комедия. Затем Ричард Кертис снял меня в “Реальной любви” и это, в общем то, все изменило.

Я не извлекаю уроков из  жизни. Учится даже на собственном опыте не всегда получается.

Я не финансовый эксперт. Идея Робин Гуда мне кажется очень простой и красивой.