Высшее человеколюбие не принимает во внимание родственных связей.

Мудрец закрытым держит рот, он знает, что и свеча от языка сгорает.

На земле я достанусь воронам и коршунам, под землей пойду на корм муравьям. У одних отнимут, а другим — дадут. За что же муравьям такое предпочтение?

Небо и земля будут мне внутренним и внешним гробом, солнце и луна — парой нефритовых дисков, звезды — жемчужинами, а вся тьма вещей — посмертными подношениями. Разве чего-то не хватает для моих похорон? Что можно к этому добавить?

Того, кто крадет крючок с пояса, казнят, а тот, кто крадет царство, становится правителем.

Чжуан-цзы: Я слыхал, что в Чу есть священная черепаха, которая умерла три тысячи лет назад. Правитель завернул ее в шелк и положил в драгоценный ларец, а ларец поставил в  храм предков. Что бы предпочла черепаха: быть мертвой, но чтобы поклонялись ее костям, или быть живой, даже если бы ей пришлось волочить свой хвост по грязи? Сановники, отправленные правителем Чу с приказом возложить на Чжуан-цзы бремя государственных дел: Конечно, она предпочла бы быть живой, даже если бы ей пришлось волочить хвост по грязи. Чжуан-цзы: Уходите прочь! Я тоже буду волочить хвост по грязи.