Боль проходит, а  слава длится вечно!

В 1969-м я завязал с женщинами и алкоголем. Это были худшие 20 минут моей жизни.

Если бы я родился уродом, вы бы никогда не узнали о Пеле.

Если соперник пинает меня, это означает, что он не так хорош, как я.

Когда я был мальчишкой, единственной вещью, с которой я делил ложе, был футбольный мяч. Я брал его с собой в постель. Знаю, это звучит глупо, но я любил засыпать, чувствуя мяч. Бывало, я брал его в руки, смотрел на него и думал: «Однажды у меня все получится, вот увидишь».

Когда я на поле, ничто не доставляет мне большего удовольствия, чем оставлять в дураках соперников.

Не имеет значения, что происходит вне футбольного поля, не имеет значения, что люди думают, в конце концов они запомнят футбол. Они не запомнят, с кем я ходил на свидания, с кем дрался и в какие автомобильные аварии я попадал, потому что это все неважно. Они запомнят футбол.

Ненавижу слышать финальный свисток, потому что если я играю хорошо, я хочу, чтобы игра продолжалась вечно, а если плохо, то хочу продолжить играть, пока не приду в  порядок.

Не умирайте, как я!

как сообщается, последнее обращение Джорджа Беста

(Про Дэвида Бекхэма) Он не умеет бить левой, не умеет играть головой, не умеет отбирать мяч и забивает очень мало. А в остальном он отличный парень.

(Про Кевина Кигана) Ему очень, очень повезло — обыкновенный футболист, попавший в игру в период нехватки настоящих личностей.

(Про Пола Гаскойна) Говорят, что Пол Гаскойн — это новый Джордж Бест, но он что, тоже трахнул трех Мисс Мира?

(Про Пола Гаскойна) Однажды я сказал Газзе (Гаскойну), что его IQ меньше, чем номер на его футболке, а он спросил меня: 'Что такое IQ?'

(Про Эрика Кантона) Я бы отдал все шампанское, которое выпил за свою жизнь, за одну игру вместе с ним в большом еврокубковом матче на Олд Траффорд.

Что я никогда не потеряю, так это  мастерство. Оно останется со мной и когда мне исполнится сто лет.

Я больше не пью, но только во  время сна.

Я люблю доставать других игроков. Люблю «разделывать их под орех», прокидывая мяч им между ног и убегать от них. Когда я обыгрывал крутых парней с помощью техники, они говорили мне: «Сделай это еще раз, и я переломаю тебе твои гребаные ноги». Я «делал» их снова, и они говорили: «Хорошо, я, б***дь, предупреждал тебя». После этого я получал мяч и вставал с ним на месте, приманивая к себе соперников. Я чувствовал себя тореадором, заманивающим разъяренных быков. Меня редко «съедали», я был слишком быстр. В такие моменты болельщики громко поддерживали меня, и я заводился, это  правда меня очень забавляло.

Я никогда не принимал доктрину сэра Альфа Рамси (главный тренер сборной Англии, который привел ее к победе на чемпионате мира 1966 года) играть без мяча и прессинговать. Я футболист — а это значит, мяч должен быть у меня.