К тому времени, как мы созреваем для общества, нам становятся видны все его отрицательные стороны.

Лучше допустить оплошность самой, чем указать на ошибку мужу.

Люди, которые сами неспособны развлечь себя, испытывают в нас нужду, но не потребность.

Люди никогда бы не стали верить в  Бога, если бы им не разрешили верить в него неправильно.

Мир - это не более чем  тщеславие, принимающее разные обличья.

Многие не только не управляют своими желаниями, но и с удовольствием им отдаются.

Монарх, который не желает преодолеть трудность понимания, вынужден преодолевать опасность доверия.

Надежда - обычно плохой поводырь, хотя и очень хороший спутник.

Надежда - это добрый обман: в минуту разочарования мы злимся, но в целом без надежды не может быть удовольствия.

Наибольшая польза от нашего разума состоит в том, чтобы догадаться, что думают о нас другие. Догадаться частично - опасно; полностью - увы, грустно.

Не бывает двух более разных людей, чем один и тот же человек, когда он еще только претендует на какое-то место и когда он уже его занял.

Невидимое существо, что зовется «Доброе имя», суть дыхание всех тех, кто хорошо о нас говорит.

Не иметь ни одного друга - несчастье, но тот, у кого нет друга, не наживет и врага.

Нет для нас ничего более отталкивающего, чем  разум, когда он не на нашей стороне.

Ничто так не смягчает присущей всем нам заносчивости, как наши собственные слабости. Не они ли внушают нам не бить слишком больно других, ибо сами мы нередко заслуживаем того же? Наши слабости хватают наш  гнев за рукав и шепчут нам ласковые слова, когда мы пребываем в раздражении.

Образование - это то, что остается, когда мы уже забыли все, чему нас учили.

Обычно любовь быстро выдыхается, особенно когда ей приходится идти в гору, от  детей к родителям.

Память и  совесть всегда расходились и будут расходиться в том, следует ли прощать обиды.