Американцы любят драться. Все настоящие американцы любят едкий запах сражения.

Всегда делай все то, чего требуешь от своих подчиненных.

Когда в сомнениях, атаковать!

Лучше сражаться за что-то, чем  жить ради ничего.

Мы, армейские офицеры, — не только представители древнейшей из почетных профессий, но и  наследники полубогов и героев древности.

Не говорите людям, как делать вещи. Скажите им, что делать, и они удивят вас своей изобретательностью.

Не надо оплакивать погибших, надо гордиться тем, что эти люди жили среди нас.

Пинта пота сберегает галлон крови.

Рискуйте расчетливо. Такой риск в корне отличается от опрометчивых шагов.

Следите, в чем люди наиболее циничны, и часто можно понять, чего им не хватает.

Стальной блеск в глазах атакующего, а не мечущаяся сталь штыка прорывают оборону противника.

Существует только один вид дисциплины – абсолютная дисциплина.

Только прикажите, и я выброшу русских за Вислу…

…Трудность с пониманием русских состоит в том, что мы не осознаем факта их принадлежности не к Европе, а к Азии, а потому они мыслят иными путями. Мы не способны понимать русских, как не можем понять китайцев или японцев, и, имея богатый опыт общения с ними, должен сказать, что у меня нет особого желания понимать их, если не считать понимания того, какое количество свинца и железа требуется для их истребления. В дополнение к другим азиатским свойствам их характера, русские не уважают человеческую жизнь — они сукины дети, варвары и хронические алкоголики…

острые чувства, вылитые в письмо к жене, Беатрис Айер Паттон

Успех человека я измеряю не тем, как высоко он взобрался, а тем, как высоко он подпрыгнул, ударившись о дно.

Хороший план сегодня лучше безупречного плана завтра.

Хочу, чтобы запомнили, что ни один шельмец никогда не одерживал победу в войне, погибая за свое отечество. Он одерживал победу, заставляя другого беднягу погибнуть за свое отечество. — из выступления перед Третьей армией США, весной 1944 г.