Станиславский был гением. А одним из моих учителей в Королевской академии драматического искусства был его ученик. Я прочитал все работы Станиславского и хорошо их усвоил. Но перед окончанием учебы мой преподаватель сказал: «Теперь выкинь все это из головы». Нельзя выходить на сцену, думая об актерском мастерстве. Нельзя играть только на вдохновении, потому что, если оно вдруг не посетило тебя сегодня, ты не имеешь права откланяться, сказав зрителям: извините, не мой день. Ты должен сыграть на технике. А в процессе, возможно, придет и вдохновение. Станиславский учил актеров умению расслабиться и быть настоящими. И в этом ему очень помог Чехов. В его пьесах как будто ничего не происходит — одни диалоги, разговоры. Но в то же время происходит все! Ведь жизнь — это не драма, не спектакль, а разговоры, которые ведутся за чашкой чая, — в такое время и происходят важные, глубинные перемены.

Такие люди, как Хамфри Богарт, уникальны. В нем соединилось огромное количество самых разных качеств. Все они отражали его личность. Я не являюсь большим знатоком его ролей, но оценить могу. В нем было многое от современности. Кто, кроме него, мог сыграть в «Касабланке»? Его первым знаменитым фильмом стал гангстерский — «Высокая Сьерра», роль в котором ему досталась случайно. Не откажись Джордж Рафт от главной роли, не было бы Богарта. Он впервые сыграл гангстера с большим сердцем. В «Мальтийский сокол» он вложил много своего, своей личности. Но без Ингрид Бергман он не смог бы так лаконично и героично сыграть Касабланку. Я думаю, он был героем такого, сартровского духа, настоящим экзистенциалистом.

У меня были временные помешательства, пусть и незначительные. Несколько лет назад я потерял память на целых пять часов. Ничего более ужасного со мной не было в жизни! Я потерял представление о времени, прошлом и настоящем. Сидел неподвижно, не зная, где нахожусь. Такое случалось со мной несколько раз — от сильнейшей усталости. Мы долго снимали в Мексике, давление было ужасным, и режиссер фильма «Маска Зорро» заставлял меня раз за разом играть эпизод, в котором было очень много насилия. В результате весь мой организм воспротивился этому и наступил кризис. В 3 часа ночи я начал терять рассудок.

У меня нет любимых ролей. Я просто работаю. Учу свои роли, знаю, что говорю, и если берусь за что-то, делаю это как следует. Я прихожу, делаю свое дело и иду домой. Потом получаю чек — вот и вся история. Люди говорят, что это цинично, но они не правы. Это практично.

Хороший сценарий всегда видно по первым пяти страницам. Такие вещи чуешь нутром. Если я не могу прочесть больше четырех страниц, мне уже ясно: это не для меня. Больше всего меня настораживают сценарии, где то и дело подробно описываются декорации. «Восход над пустыней, на горизонте громоздятся…» — целое эссе прочтешь, пока доберешься до диалога. Чушь.

Чем моложе люди, тем они влюбчивее. Быть влюбленным — это значит быть не в своем уме. Это очень глубокое и непредсказуемое чувство. Это безумие. Влюбленность — это сексуальная потерянность. Это сумасшествие. Невозможность рационально мыслить. Эго влюбленного человека сходит на нет, и он принимает решения, движимый любовью.

Что заставило Хопкинса вернуться к актерству?

Я анархист и бунтарь по своей сущности. Вот мне и захотелось посмеяться немножко над серьезностью работающих в Голливуде людей, над всей киноиндустрией. <…> Для меня этот фильм — еще и метафора, хотя я и не люблю это ужасное слово, подходящее больше для киношкол. Это метафора жизни, в которой все запутано и нет никакого смысла. В моем фильме тоже нет смысла, нет никакого высокого «послания». И в то же время он для меня очень личный. Этот фильм — поток моего сознания. Но всерьез его воспринимать не надо. Я и сам стараюсь относиться к жизни именно так.

О фильме Вихрь (2007).

Я всегда хотел добиться успеха. Хотел познакомиться с Кэтрин Хепберн и Альбертом Финни. И особенно с Питером О’Тулом. Я преклонялся перед О’Тулом. Помню, как мы первый раз пошли с ним в бар. Он сказал: «Возьми «Гиннесс». Как настроение, дорогой? Ладно, давай выпьем и пойдем за нашими «Оскарами». Меня восхищает такого рода безумие, восхищают пьяницы и разгильдяи. И я когда-то таким был. Несколько лет назад я снова видел О’Тула, и он сказал: «Говорят, у тебя уже нимб вокруг головы — не то что у нас, грешных». Когда бросаешь пить, теряешь кое-кого из друзей.

Я живу в постоянном счастливом удивлении. Не думал, что дотяну и до 40 лет. И до сих пор поражаюсь тому, что я актер, мне предлагают роли. Когда начнет отказывать память, станут выпадать зубы и весь я буду разваливаться, тогда выйду на пенсию. Но пока я здоров. Может, и до ста лет доживу.

Энтони Хопкинс: Бросить пить мне помогло чудо (интервью) // Аргументы и факты - Украина. — 04.05.2011.

Я оглядываюсь назад и вижу пустыню… Все эти годы — Боже мой… тридцать пять лет из шестидесяти — на что я потратил? И что от меня останется? Парочка хороших фильмов, несколько плохих… Какого черта я все это делал?!

1997

Я очарован временем… И написал сценарий о природе реальности. О реальности и иллюзорности жизни, потому что жизнь, как это я понимаю, становясь все старше, столь похожа на иллюзию и сон, что я думаю, все и есть сон. И человек, захваченный вихрем времени, очнувшись, вспоминает свое будущее. Это моя личная интерпретация Бога, что время фактически и есть Бог. Я очарован тем фактом, что чем старше я становлюсь, тем быстрее мелькает настоящее. Что же реально? Вот вы здесь, и в момент — это уже в прошлом. Я разговаривал минут десять, но это уже исчезло, и теперь — лишь сон. Возможно, смысл жизни и состоит в том, чтобы спросить — в чем же дело.

2006, о планах снять фильм. О фильме Вихрь (2007). I'm fascinated by time. I've written a script about the nature of reality... It's about reality and the illusion of life because life to me, as I get older, is so illusion-like, so dream-like, that I think it's all a dream. It's about a man, who's caught in a slipstream of time falling back on itself and he remembers his own future. My own interpretation is if there's a God, that God is actually time. I'm fascinated by the fact the older I get every moment just slips past. What is real? You grasp this moment and then it's gone. I was talking 10 minutes ago but that's all gone, it's all a dream. Maybe the puzzle of life is asking what it's all about.

Я сочинил этот сценарий в качестве упражнения, чистого эксперимента. Это получилось как-то само собой, у меня даже не было намерения ставить по нему картину. Но потом я отправил его почитать Стивену Спилбергу, тому он понравился, и он благословил меня на его постановку.

2007 О фильме Вихрь (2007).