Вовсе я не щеголь. Впрочем, мне нравятся хорошие вещи.

О своем стиле

В России немало тех, кто не согласен с передачей Украине Крыма. Еще больше тех, кто против отторжения от России города русской боевой славы, как его не без причины называют, Севастополя. Число таких несогласных неизбежно прибавит присоединение Украины к НАТО. Я исключаю перспективу применения силы в российско-украинских отношениях. Но в случае присоединения Украины к НАТО неизбежно обострится вопрос с базированием в Севастополе российского Черноморского флота.

О Крыме

Если мы привыкли к боли, привыкли к горю — значит, мы привыкли и к убийствам. Нет, я не думаю, что знак равенства можно поставить между этим. Когда человеку больно, он просто переживает эту боль, если он силен. Если он крепкий по-настоящему человек, то он может выйти из этого болевого состояния. Но к тому, что у тебя убивают родных, близких, просто знакомых или  друзей, — к этому привыкнуть нельзя.

Жуликов надо ловить, а не  деньги перепрятывать…

О воровстве госсредств

Как у любого государства, у России есть недостатки во внешней политике. Но у нас их меньше, чем, например, у Соединенных Штатов.

Конечно, я не перечил судьбе, но она меня вела. Что касается оценки всего, ну что ж, если все это уже подходит к финишу, то я должен сказать, что неплохо прожил.

О прожитой жизни

Лишь политической близорукостью можно объяснить готовность списать Россию из числа великих держав.

Лишь политической близорукостью можно объяснить готовность некоторых политиков на Западе списать Россию из числа великих держав.

Меньше всего я жажду крови. Но убежден: в чрезвычайных обстоятельствах нарушение исполнительской дисциплины должно особенно твердо пресекаться.

О дисциплине

Мы выросли в таких условиях, когда говорили "богатый" — и это было негативно. Сейчас я этого не скажу, но если человек богатый и не хочет ни копейки отдать для того, чтобы другие были бы чуть-чуть более благополучны, — я этого не понимаю.

О богатстве

Не хочу сравнивать "Хизболлу" с мышами. Но когда в доме заводятся опасные грызуны, самый радикальный способ избавиться от них — сжечь дом?

О Ближнем Востоке

После окончания «холодной войны» на Западе, особенно в Соединенных Штатах, начал падать интерес к России как к одному из главных игроков на международной арене. Россия, конечно, не Советский Союз, который, несомненно, играл ведущую роль в мировой политике.

США считают, что они сейчас — единственная супердержава. Это неправильно. США — самая сильная в мире страна по экономическому, военному и политическому влиянию. Но она не супердержава. Потому что супердержава — это категория холодной войны. Так что количественная характеристика сохранилась, а качественная нет.

Так что США сами создают иллюзию угрозы и как бы защищают от нее Европу. Кроме того, они расширяют НАТО за счет тех стран, которые готовы безоговорочно взять под козырек. И растворяют таким образом старых членов.

О расширении НАТО

У нас все надеялись на рынок, а рынок не может сам решить проблему перевода экономики на инновационные рельсы.

Об экономике

Я не согласен, что серьезная политика — это стучать кулаком по столу. Когда Хрущев на Генассамблее ООН стучал ботинком по столу и угрожал ракетами, это не было признаком нашего величия. Признак великой державы — когда твоя страна необходима, с ней хотят иметь дело. Россия — великая держава именно потому, что многие проблемы на международной арене без нее решаться не могут.

Я не сторонник того, чтобы загонять в угол. Когда мы загоняем в угол санкциями и так далее, этим мы усиливаем экстремистский элемент. Мы не ослабляем их, потому что самый верх от этих санкций ничего не теряет. Теряет народ. Но наивно думать, что это выльется в возмущение верхами.

О санкциях

Я не сторонник того, чтобы загонять в угол. Когда мы загоняем в угол санкциями и так далее, этим мы усиливаем экстремистский элемент. Мы не ослабляем их, потому что самый верх от этих санкций ничего не теряет. Теряет народ. Но наивно думать, что это выльется в возмущение верхами. Я считаю, что вообще ни в коем случае нельзя наносить урон тем, кто хочет развивать мирную промышленность, мирный атом и так далее. Вот если вопрос идет о том, контролировать или не контролировать — однозначно контролировать. Отстранить МАГАТЭ или не отстранять — однозначно не отстранять. Нельзя нарушать международные договоренности, но в то же время нельзя создавать обстановку, при которой не может страна развивать мирную атомную промышленность.