В войне с кимврами отличилась тысяча воинов из Камерина, и он [Гай Марий] всем им дал права гражданства, не имея на то никаких законных прав; а на  упреки заявил, что за лязгом оружия голос законов был ему не слышен.

[Во  время Союзнической войны] Помпедий Силон, пользовавшийся среди италийцев наибольшей властью и влиянием, сказал ему [Марию]: «Если ты великий полководец, Марий, выйди и сразись со мной»; на это Марий ответил: «Если сам ты великий полководец, то заставь меня сразиться с тобой против моей воли».

Все люди — одинакового происхождения, но все храбрейшие — они и самые благородные.

Грохот оружия заглушал голос закона.

В войне с кимврами (104—101 гг. до н.э.) отличилась тысяча воинов из числа союзников Рима; Марий вопреки закону дал им права гражданства, а на упреки ответил: «Грохот оружия заглушал голос закона». Приписанная Марию фраза, возможно, заимствована из «Речи против Аристогитона» Гиперида (390—322 до н.э.), одного из вождей афинской демократии. После поражения от македонцев при Херонее (338 г. до н.э.) он предложил дать свободу рабам и восстановить в правах граждан-изгнанников, а когда ему сказали, что вносить такие предложения запрещено афинскими законами, ответил: «Оружие македонян закрывало от меня буквы этих законов». «Вестник древней истории», 1962, № 2, с. 240.

Изящество подобает женщинам, мужчинам — труд.

Ты видел, как изгнанник Марий сидит на развалинах Карфагена.

В 88 г. до н.э. Марий, объявленный в Риме вне закона сторонниками Суллы, высадился близ Карфагена. Наместник Африки Секстилий послал к нему вестника с требованием покинуть Африку. Когда же вестник спросил, что передать Секстилию, «Марий ответил с громким стоном: „Возвести ему, что ты видел, как изгнанник Марий сидит на развалинах Карфагена“. Так <... он удачно сравнил участь этого города с превратностями своей судьбы». Отсюда: «Марий на развалинах Карфагена».