Клевета - оружие более ужасное, чем шпага, так как наносимые ею раны всегда неизлечимы.

Кто сознает свою вину, тот не вправе негодовать, если с ним обращаются пренебрежительно и неуважительно, и даже напротив - должен презирать тех, которые притворно оказывают ему внимание, если только они не располагают неопровержимыми доказательствами, что их  друг несправедливо и злостно оклеветан.

Лесть всегда нам нравится, когда она касается качеств, которых нам недостает. Скажите дураку, что он очень умен, и плуту, что он честнейший человек в свете, и они заключат вас в свои объятия.

Лучший человеческий характер, равно как и лучший китайский фарфор, может иметь недостатки, и я полагаю, что в обоих случаях он неисправим, - что, однако, не мешает им быть высшего достоинства.

Любить того, кто очевидно нас ненавидит, не в природе человека.

Любовь совсем застилает глаза пожилым женщинам: они с такой жадностью поглощают любезности, к ним обращенные, что, подобно ненасытному обжоре, не удосуживаются заметить, что делают другие за тем же самым столом.

Любовь - страсть слишком неспокойная, она не может найти удовлетворения в предмете, который не приносит удовольствия; а испытывать желание любви и не любить невозможно, как невозможно иметь глаза и не видеть.

Любовь так же мало способна утолить голод, как  роза - ласкать слух или скрипка - обоняние.

Люди глупые не всегда безопасны: у них хватает ума сказать ровно столько, сколько нужно для того, чтобы оскорбить или оклеветать ближнего.

Люди добиваются власти только для того, чтобы ею злоупотреблять, и, добившись, ни для чего другого ею не пользуются.

Люди низкого звания очень скупы насчет почтения; правда, они охотно отпускают его особам знатным, но никогда не делают этого по отношению к равным себе, не будучи вполне уверены, что им хорошо заплатят за  труды.

Люди чересчур хитрые часто делают промахи, воображая других умнее или, лучше сказать, хитрее, чем они суть на самом деле.

Людям влиятельным и добросердечным следует с большой осторожностью подвергать опале подчиненных, потому что после этого от несчастного опального отворачиваются и все прочие.

Людям несвойственно относить получаемые ими благодеяния на счет бескорыстного участия, если они могут приписать их какому-нибудь другому побуждению.

Мошенникам ни за что не совладать с порядочными людьми, если бы последние не отказывались кривить душой.

Мудрый человек удовлетворяет каждое свое желание и каждую страсть, тогда как глупец жертвует всеми страстями ради утоления и насыщения только одной.

Наряду с законами государственными есть еще  законы совести, восполняющие упущения законодательства.