Никаких правительственных денег нет, а есть только народные деньги, и чем больше их можно забрать от правительства, тем лучше.

Однако, революция никогда не делается без кровопролития.

Освобождение рабочих должно быть делом самих рабочих.

Поменьше бы этого образования, поменьше бы чужого ума, да побольше своего.

Попробую пойти с Богом, а не удастся с Богом — пойду с чертом. А своего добьюсь.

Рабочие — живые люди, а не машины, и не могут быть игрушкою в чужих руках.

Рабочий борется не ради самой борьбы, а чтобы устроить свою жизнь, чтоб самому жилось лучше с женой и  детьми, — а для них рабочий служит как пушечное мясо для их целей.

Разочаровался я, товарищи, в партийных революционерах, во всех этих эсдеках и эсерах. Нет у них  заботы о трудовом народе, а есть у них дележка революционного пирога.

Русские люди — особенные люди; им надо дать все права и самую широкую свободу — и они отлично справятся с ней.

Русские попы — просто чиновники охранного отделения; пожалуй, даже хуже — ведь полиция ловит только тела своих жертв, тогда как священники улавливают их  души.

Свобода — такой цветок, который не расцветет до тех пор, пока земля не будет полита кровью.

Свободу, товарищи, надо завоевывать. Для этого нужна сила, нужна сплоченность, нужно оружие.

Устроить революцию в России, в сущности, не так уж трудно. Но для этого нужно дерзать, а у нас никто не дерзнет.

Я думаю, что и теперь повторение истории Стеньки Разина и Пугачева возможно. Планы у меня самые широкие.

Я поклялся отомстить. Я никогда не прощу этого дня. Только мщение для меня имеет цену, все остальное — средства.