Весь мир пронизывает пустота, а она подчиняется формулам — это дает нам безграничные возможности.

Видный советский математик Лев Понтрягин в мемуарах упоминал о том, как он, впервые попав в 1958 году (спустя пять лет после смерти Сталина) за границу, расспрашивал иностранных коллег, является ли его научный результат новым. Другого способа узнать об этом у пятидесятилетнего академика с мировым именем не было.

Если можно тренировать руки и ноги, то почему нельзя тренировать мозг?

Людям не следует говорить о вещах, которых они не понимают.