Вовсе не раба необходимо выдавливать из себя по капле всю  жизнь, и даже не господина…, а подлое и низкое животное…, человека. Только очистившись от шелухи и мусора суеты, повседневных потребностей, условий и правил, коросты веков и прочей пустоты привычек, – только тогда, пожалуй, и можно обнаружить ясную картину мира, сначала состоящую из скелета самого себя, а потом – и всего прочего мира. Вот так-то, Антон Павлович…

«Мусорная книга», том I

Вся эта  жизнь – пыль, пустота, полнейшее ничто и ничтожество на фоне картины мира. И вся  задача человека, высокого человека…, состоит в том, чтобы попытаться создать видимость. Хотя бы ненадолго. Хотя бы на  время своей жизни. – Видимость, что это не так.

«Праздничный сервиз» (Мусорная книга, том II)

Вся эта  жизнь – пыль, пустота, полнейшее ничто и ничтожество на фоне картины мира. Но и весь мир – такая же пыль и полнейшее ничто на фоне кончика мизинца… на моей левой руке.

«Праздничный сервиз» (Мусорная книга, том II)

Если вся эта  жизнь действительно высосана из пальца, кто тебе мешает высосать оттуда что-нибудь еще?

«Мусорная книга»

Если Одна сделала это за  деньги, – уже завтра всем остальным станет глупо и неприлично делать то же самое – но бесплатно!

Если я ошибаюсь – пускай меня поправят. Но, поправляя меня – пускай не ошибаются!

Жизнь дается всего один раз, но зато всем без разбору. Замечательная компенсация.

Идеал человека – это его отсутствие, желательно – полное.

«Идеальная галерея»

Какой смысл пытливо и упорно искать правду, если она и так всегда валяется прямо на поверхности!

Лучшее, что есть в человеке и на что можно опереться – это  комплекс Неполноценности. Только из него при значительном и системном усилии может вырасти реальная внутренняя деформация подлой человеческой природы»

«Не современная Не музыка» (интервью, 2011)

Любой человек под одеждой голый, а в глубине души – идиот.

«Мусорная книга», том II

Мне вообще никогда не была интересна музыка, искусство, композиторы, пианисты… Короче говоря, профессии, занятия, кланы, люди людей, кланы кланов (опять все то же, вокруг и обратно). А потому и просеял сквозь свое каноническое сито два имени, уникальных среди обычного человеческого зоопарка: Скрябин и Сати, два идеолога (каждый по-своему), и два неклановых человека, как и я.

«Не современная Не музыка» (интервью, 2011)

…могу лишний раз подтвердить: человечество и в самом деле безнадежно, оно представляет собой уродливый стригущий лишай на поверхности земли. Улучшить его в целом невозможно. Все на что способен один человек – по возможности оставаясь непричастным к людям снаружи и внутри себя, создавать отдельную, особую жизнь по своим канонам. Успех на таком пути – крайне труден и всегда ничтожен, но зато он обладает ценным признаком Отдельности и Уникальности. Проще говоря, Прецедент.

«Не современная Не музыка» (интервью, 2011)

Мои произведения не исполнялись двадцать лет (кстати говоря, на все мои концерты питерским Союзом композиторов до сих пор наложен запрет). Даже странно об этом говорить, настолько это мелкое и мелочное явление… Представьте себе: я не устраиваю концертов уже почти полжизни, а эти сморщенные груши из Союза, о которых я совершенно позабыл, и даже не знаю, как их зовут, чуть ли не по наследству передают друг другу запрет на мою тень, даже на  воспоминание… Один умирает - и завещает это святое знамя следующему. Изгнать чужого! - вот что такое настоящая сила клана!

«Не современная Не музыка» (интервью, 2011)

Моя доктрина – рабочий орган. Прежде всего, ее разные куски можно наблюдать в моих книгах, музыке, картинах и  жизни. И вовсе не моя  вина (и не моя забота), если вы не знаете ни того, ни другого. В конце концов, что такое «доктрина», рассказанная словами? – благоглупость, теория или (опять же) профессия. Не более того. - На то она и доктрина, чтобы действовать.

«Не современная Не музыка» (интервью, 2011)

Не бойся показаться идиотом! В конце концов, - это максимум того, на что ты можешь рассчитывать.

Победи самого себя. Возможно, это единственный надежный способ не остаться среди – проигравших.