Изящно возразил мудрый [Гай] Лелий какому-то человеку, сказавшему: «В мои шестьдесят лет…» - «Скажи лучше „не мои шестьдесят“». Привычка исчислять утраченные нами годы мешает нам понять, что суть жизни - в ее неуловимости, а удел времени - всегда оставаться не нашим.

Иногда боль, а иногда случай делают слабого сильнее самого сильного.

«Иногда оратору полезно бывает разгневаться - он тогда говорит лучше». - Совершенно верно, но не разгневаться, а изобразить гнев. Так и актеры, произнося стихи, волнуют народ не гневом своим, а хорошим подражанием гневу. То же самое относится (…) к выступающим на сходках. (…) И часто сыгранное чувство производит куда более сильное действие, чем подлинное.

Иной приучил себя довольствоваться коротким сном и бодрствует почти сутки напролет, нисколько не утомляясь; можно выучиться бегать по тоненькой и почти отвесно натянутой веревке; переносить чудовищные грузы, неподъемные для обычного человека; погружаться в  море на непомерную глубину и долго обходиться под водой без дыхания. (…) За столь упорные занятия не получают либо вовсе никакого, либо несоразмерно маленькое вознаграждение. (…) И тем не менее, несмотря на то, что награда ожидала их совсем небольшая, они довели свой труд до конца.

Интересуйся не количеством, а качеством твоих почитателей: не нравиться дурным - для человека похвально.

И после плохого урожая надо сеять.

Искусства полезны лишь в том случае, если они развивают ум, а не отвлекают его.

И  старость полна наслаждений, если только уметь ею пользоваться.

Истина не терпит отсрочек.

Истина открыта для всех, ею никто не завладел.

Истинная радость - дело серьезное.

[Истинная радость], не будучи чужим подарком, (…) не подвластна и чужому произволу. Что не дано фортуной, того ей не отнять.

Истинное мужество заключается не в том, чтобы призывать смерть, а в том, чтобы бороться против невзгод.

И ты удивляешься, что  мудрость до сих пор еще не исполнила своего предназначения! Даже испорченность - и та еще не показала себя целиком; она только-только выходит на свет. А ведь ей мы отдаем все свои силы.

Каждое зло как-то компенсируется. Меньше денег - меньше забот. Меньше успехов - меньше завистников. Даже в тех случаях, когда нам не до шуток, нас угнетает не  неприятность сама по себе, а то, как мы ее воспринимаем.

Каждое зло как-то компенсируется. Меньше денег меньше забот. Меньше успехов - меньше завистников. Даже в тех случаях, когда нам не до шуток, нас угнетает не  неприятность сама по себе, а то, как мы ее воспринимаем.

Каждому делу - свое время.

Каждый в отдельности вмещает все пороки толпы, потому что толпа наделяет ими каждого.