Когда я чувствую себя совершенно неспособной читать книгу продуктивно, я начинаю решать алгебраические и тригонометрические задачи, поскольку они не терпят погрешностей внимания и возвращают уму прямой путь.

Люди не смотрят на то, что уже сделано, а лишь на то, что осталось сделать.

Люди, так живо чувствующие, как я, и не способные изменить это свойство своей натуры, должны скрывать его как можно дольше.

из письма 1888 года

Мария Кюри отказалась взять патент на производство радия, хотя это обогатило бы ее. В 1920 году на вопрос американской журналистки: «Что бы вы пожелали?» – она ответила: – Один грамм радия для продолжения моих исследований. Но радий мне не по средствам.

Милый Пьер, мне предлагают принять на себя твое руководство: твой курс лекций и  руководство твоей лабораторией. Я согласилась. Не знаю, хорошо ли это или плохо. Ты часто выражал желание, чтобы я вела какой-нибудь курс в Сорбонне. Хотелось бы по крайней мере двигать дальше наши работы. Иногда мне кажется, что благодаря этому мне будет легче жить, а временами – что браться за это с моей стороны безумно.

из короткого дневника Марии Кюри, после гибели мужа, 1906 г.

Мне немножко жаль, что я выкинула полученную корреспонденцию: она довольно поучительна… Там были сонеты, стихи о радии, письма разных изобретателей, письма спиритов и письма философские. Вчера один американец прислал мне письмо с просьбой, чтобы я разрешила ему назвать моим именем скаковую лошадь. Ну и, конечно, сотни просьб об автографах и фотографиях. На все такие письма я не отвечаю, но теряю время на их  чтение.

из письма Марии Кюри Иосифу Склодовскому, 19 марта 1904 года

Муж у меня – лучшего даже нельзя себе вообразить, это настоящий божий дар, и чем дольше живем мы вместе, тем сильнее любим друг друга.

из письма к сестре, 1905 г.

Мы были созданы, чтобы жить вместе, и наш  брак должен был состояться”.

из короткого дневника Марии Кюри, после гибели мужа, 1906 г.

Мы не должны забывать, что когда радий был открыт, никто не знал, что он найдет свое применение в больницах. Наша работа была из числа фундаментальных. И это доказывает, что научную работу нельзя рассматривать с точки зрения прямой практической пользы. Нужно заниматься исследованиями ради красоты науки, и всегда есть шанс, что научное открытие может, как радий, принести пользу человечеству.

из лекции в колледже Вассара 14 мая 1921 года

Нам приходится быть очень осмотрительными, так как жалованья мужа не вполне хватает на  жизнь, но до сих пор ежегодно у нас бывали кое-какие неожиданные приработки, так что дефицита пока нет.

Наука – это великая красота. Ученый у себя в лаборатории не просто техник: это  ребенок лицом к лицу с явлениями природы, действующими на него, как волшебная сказка.

Наука является основой всякого прогресса, облегчающего жизнь человечества и уменьшающего его страдания.

Наша работа подвигается вперед. Скоро я буду делать о ней доклад, он был назначен на прошлую субботу, но мне было нельзя, тогда он состоится непременно или в эту субботу, или же через две недели.

из письма к сестре, 1905 год

Нашу работу по радиоактивности мы начали в одиночестве, но, ввиду широты самой задачи, все большее и большее значение для пользы дела приобретало сотрудничество с кем-нибудь еще. Уже в 1898 году начальник работ института Ж. Бемон оказал нам временную помощь. Около 1900 года Пьер Кюри завел сношения с молодым химиком Андре Дебьерном — препаратором у профессора Фриделя, очень ценившего его как ученого. На  предложение Пьера Андре Дебьерн охотно выразил свое согласие заняться радиоактивностью: он предпринял исследование нового радиоэлемента, существование которого подозревалось в группе железа и редких земель. Он открыл этот элемент, названный актинием. Хотя Андре Дебьерн работал в химико-физической лаборатории Сорбоннского университета, руководимой Жаном Перреном, он часто заходил к нам в сарай, вскоре став очень близким другом и нашим и доктора Кюри, а впоследствии наших детей.

из воспоминаний Марии Кюри

Нельзя подавить в себе чувства горечи, когда подумаешь, что эта милость оказалась для него первой и последней, что первоклассный французский ученый в конечном счете никогда не имел подходящей лаборатории, хотя его большое дарование проявилось уже тогда, когда ему было только двадцать лет. Конечно, проживи он дольше, то, раньше или позже, ему создали бы удовлетворяющие условия работы, — но еще в возрасте сорока семи лет он был лишен их. Представляют ли себе люди всю  скорбь восторженного и бескорыстного творца большого дела, когда осуществление его  мечты все  время тормозится недостатком средств? Можно ли, не испытывая чувства глубокой горести, думать о самой непоправимой растрате величайшего народного блага — таланта, сил и мужества лучших сынов нации? Правда, открытие радия было сделано в условиях, не обеспечивающих успеха: сарай, приютивший его открытие, оказался овеянным чарующей легендой. Но этот романтический элемент не принес пользы: он только измотал нас и задержал осуществление работы. При лучших средствах всю нашу работу за первые пять лет можно было бы свести к двум годам, и облегчить ее напряженность.

из воспоминаний Марии Кюри

Нет необходимости вести такую противоестественную жизнь, какую вела я. Я отдала много времени науке, потому что у меня было к ней стремление, потому что я любила научное исследование. Все, чего я желаю женщинам и молодым девушкам, это простой семейной жизни и работы, какая их интересует.

Обманчиво ставить весь интерес к  жизни в зависимость от таких бурных чувств, как  любовь.

письмо Еве

По договоренности со мной, Пьер отказался извлечь материальную выгоду из нашего открытия; мы не взяли никакого патента и, ничего не скрывая, обнародовали результаты наших исследований, а также способы извлечения чистого радия. Больше того, всем заинтересованным лицам мы давали требуемые разъяснения. Это пошло на благо производству радия, которое могло свободно развиваться, сначала во  Франции, потом за границей, поставляя ученым и врачам продукты, в которых они нуждались. Это производство до сего времени использует почти без изменений указанные нами способы добычи радия. … Общество естественных наук в Буффало прислало мне в знак памяти свое издание, посвященное развитию производства радия в Соединенных Штатах, с приложением фотокопий с писем Пьера, в которых он самым подробным образом ответил на вопросы, обращенные к нему со стороны американских инженеров.

из воспоминаний Марии Кюри