Все, что тебя не убьет — оставит шрам. — Leave a scar

Дело никогда не было в ней,Все дело было в боли. — They Said That Hell’s Not Hot

Его послание — одно из наиболее доходчивых из ныне существующих рок-посланий, по крайней мере, если принять во внимание объяснение, данное самим Мэнсоном несколько лет тому назад: "Это было создано, чтобы общаться с людьми, понимающими, что к чему, и пугать тех, кто не понимает. Многое из того, что я говорю нашим поклонникам, сводится к: «Хватит отчаянно пытаться соответствовать тому, что считается красивым или политкорректным. Верьте в себя и придерживаетесь того, что верно. Если вы хотите походить на меня, будьте собой».

Если я хочу кому-либо сказать о своей любви, у меня должен быть способ как-то выразить это. И я не думаю, что есть лучший или более сильный способ, чем выражение своего чувства через песню или рисование. Я понял — вот мой путь самовыражения. Я подошел близко к той грани, когда человек умирает как  артист и как  личность. Вот что заставило меня подумать о том, что я должен по-другому взглянуть на общественное мнение.

Каждая новая смертельная угроза помогала мне достичь нового, более высокого уровня. Я не мог бы жить, не делая того, что мне нравится. И я должен быть готов умереть за это.

Люди не хранят дневники для себя. Они хранят их для других как  секрет, о котором не хочется рассказывать, но при этом хочется, чтобы о нем знали все. Единственный надежный сейф - твоя собственная память, в которую никто не может залезть без твоего ведома. Мне начинает казаться, что Интернет - это СВ радио девяностых, когда домашний компьютер становится местом парковки души, опаснейшим прибором в руках идиотов.

Меня так достали люди, думающие, что  искусство должно быть красивым и приятным глазу. Искусство может быть красивым, оставаясь в то же время страшным, гротескным или пугающим. Это не делает его менее значимым. Если люди испуганы или шокированы, они должны спросить себя, почему, а не выдвигать в ответ цензуру.

Моя  политика — это моя  музыка. Искусством можно влиять на политические убеждения людей гораздо эффективнее. Я лучше бы стал президентом Клуба Микки-Мауса, чем политиком.

Необходимо постоянно показывать важность искусства. Есть архитектор, спроектировавший здание. Есть человек, написавший песню, которую Вы слушаете. Кто-то снял увиденный Вами фильм, кто-то написал прочитанную Вами книгу. Это заставляет вернуться к одной из наиболее важных идей моего творчества: именно художники направляют общество, поскольку они формируют его взгляды. Но  судьба художника быть гонимым, они терпят нищету (финансовые притеснения), страдают эмоционально, иногда их уничтожают физически. Мы — идеалисты, тратящие жизнь на то, чтобы установить в мире свои идеи, но мир все равно нас отымет. Мне неприятно играть в мученика, но кто-то же должен.

Никогда не считал шокирующим ничто из того, что делаю. Шокировать публику — слишком сложная задача, особенно если сравнивать с тем, что происходит в мире. Или с тем, что предлагает мне мое воображение. Еще неизвестно, что гротескней. Я живу так, как мне нравится, и  прекрасно себя чувствую.

Оральный секс - это как рукопожатие или автограф. И Клинтон ни в чем не  виноват, этот акт был частью его работы. Просто он мог бы выбрать себе партнера попривлекательнее…

Песня The Red Carpet Grave, я думаю, отражает тот самый ключевой момент, в котором я осознал, что у меня возникли личностные и эмоциональные проблемы, и что все свои проблемы я пытаюсь выразить через искусство. Идея Celebritarianism-а пошатнулась в моих глазах в  прошлом году. И в результате получилась вот эта запись. По сути, эта запись — эталон, лучшее из произведений искусства, которые я мог только создать, для того, чтобы иллюстрировать идею Celebritarian. Она как бы доказывает, что суть славы, суть артиста, должна иметь что-то, что может предложить миру, после того, как тот немедленно сорвет с нее все чары и загадки. Кто угодно может прославиться, поэтому слава ничего не стоит. Добиться известности не трудно, кто угодно может говорить все, что захочет. Люди вкладывают в слова значение. Это  факт, что ты можешь сказать все что угодно кому угодно, мир изменился с появлением интернета и реалити-шоу. Но это не  свобода слова. Это не значит, что люди будут слушать то, что ты говоришь. И поэтому это просто — оказаться под влиянием.

Приравнивать себя к большинству. Это действительно сложная задача. Создавай искусство таким способом, который сможешь контролировать. Я всегда выбирал труднейший. Я всегда избегал очевидных и наиболее подходящих вещей. Вместо них, я использовал то, что подходит мне только сейчас. Жить трудно. Не жаловаться на жизнь еще труднее. Я создал нечто, что сделало меня сильнее.

Сегодня поползли слухи, что я собираюсь покончить с собой. Я слишком много раз умирал за последний год и не думаю, что стоит это делать еще раз.

Смерть искусства наступает тогда, когда ты позволяешь людскому мнению и требованиям менять то, что ты делаешь. Есть разница между тем — начальник ты, или слуга. Есть разница между тем, даешь ли ты людям то, что они хотят, или то, что считаешь нужным давать, и она огромна.

Что ты можешь ответить тем, кто считает, что в последнее время твои работы стали слабее? Ты все еще видишь необходимость в том, чтобы выглядеть шокирующе?

Я благодарен за то, что у меня есть два средних пальца, хотя неплохо бы иметь еще пару. — They Said That Hell’s Not Hot

Я не люблю наркотики, но наркотики любят меня. - I don't like the drugs, but the drugs like me.