Нас никому не сбить с пути - нам все равно, куда идти.

Настоящее одиночество - когда вы всю ночь говорите сами с собой, и вас не понимают.

Наша перестройка веселая, как  любовь, когда фригидность внизу, а импотенция сверху.

Наша свобода напоминает светофор, у которого горят три огня сразу.

Не готовы наши люди. Жить еще не готовы. Помирать не хотят, а жить не готовы.

– Не готовы наши люди, – говорят вожди. – Не готовы! Жить еще не готовы. Помирать не хотят, а жить не готовы. Вот я и предлагаю: не бояться помереть в этом веселом и яростном мире.

Некоторые выглядят храбрыми, потому что боятся убежать.

Не можешь любить - сиди дружи!

Не надо переживать из-за всякой ерунды. А из-за не ерунды переживать уже поздно.

Не спрашивай мнения у тех, кто согласен, спрашивай у тех, кто возражает.

Ничего страшного, если над тобой смеются. Гораздо хуже, когда над тобой плачут.

Ничто так не ранит человека, как осколки собственного счастья.

Ничто так ни ранит человека как осколки собственного счастья.

Но если меня в темной комнате прислонить к теплой стенке, со мной еще очень и очень можно…

Нормальный человек в нашей стране откликается на окружающее только одним - он пьет. Поэтому непьющий все-таки сволочь.

Ну, рожи прошлые мы же все помним! Ну, еще раз напряжемся: рожи, те, что у киоска с утра, те и там, наверху. Как эти не могут двух слов связать, так и те. Эти – глаза маленькие, лицо большое, идей нет, и те – глаза маленькие, лицо большое, идей нет… Эти думают, чего бы с утра, и те… Ни разу никто не сказал правильно по-русски. Все через мат. Я сам матом могу. Все мы матом можем.