Говорят, будто мое падение обеспечило спокойствие Европы но при этом забывают, что именно мне она обязана своим покоем. Я направил корабль революции к его конечной цели. Нынешние же правители пускаются в  плавание без компаса.

Говорят, что великий критик Фьеве щадит меня меньше, нежели известный натурфилософ (недавно умерший Делиль де Саль - прим. изд.). Чем больше он будет поносить мой деспотизм, тем более французы будут почитать меня. Он был посредственнейший из ста двадцати префектов моей Империи. Мне не известна его «Административная переписка».

Говорят, что священники и  философы Франции имеют миссионеров, кои разъезжают по провинциям. Это, должно быть, напоминает бывшие некогда диспуты августинцев с кордельерами. Похоже, что правительство уже более не существует?

Говорят, что Этъенн занимается политикой, в мое же время он сочинял комедии, это был весьма необходимый государству человек.

Государи заурядные никогда не могут безнаказанно ни править деспотически, ни пользоваться народным расположением.

Государи, которые пользуются услугами исповедников, нарушают тем самым основы королевской власти.

Государство без религии подобно кораблю без компаса.

Государь всегда должен обещать только то, что он намеревается исполнить.

Государь, который думает о людях и строит собственное счастие на их благополучии, в каком романе можно найти сие?

Государь не должен пасть ниже того несчастия, которое уготовано ему судьбой.

Государь, совершенный во всех отношениях, должен был бы поступать, как Цезарь, нравами походить на Юлиана, а добродетелями - на Марка Аврелия.

Государь утрачивает расположение народа как изза ошибки, не стоящей внимания, так и вследствие государственного переворота. Когда же вполне осваиваются с  искусством править, то рисковать своей репутацией следует с большой осторожностью.

Государя начинают презирать, когда он слаб и нерешителен это гораздо хуже, нежели когда им управляет министр неспособный и лишенный уважения.

Гражданская война, когда дело государя служит ей предлогом, может продолжаться долго но в конце концов народ одерживает верх.

Груши хотел оправдаться за мой счет: то, что он говорил, столь же верно, как если бы я приказал ему привезти мне герцога Ангулемского в  Париж и он бы выполнил это повеление. Несмотря ни на что, я уважаю Груши и именно поэтому называю его добродетельным врагом.

Дабы погубить отечество, достаточно даже одного негодяя, тому в истории было немало примеров.

Дабы погубить отечество, достаточно даже одного негодяя: тому в истории было немало примеров.

Две  партии, существующие во  Франции, как бы ни были они ожесточены друг против друга, соединяются вместе, но не против конституционной королевской власти, которая их вовсе не интересует, но против всех порядочных людей, безмолвие коих действует на них угнетающе.