«В чем идея вашего романа?» Подразумевается, что если автор не может выразить краткое содержание своего произведения в форме двух-трех фраз, сформулированных на манер Десяти заповедей (как правило, под «смыслом» понимают некую моральную максиму), то его произведение надо непременно заклеймить как безыдейное, бессмысленное и вообще выписать волчий билет — коммерческое. Я задам встречные вопросы. Какова смысловая линия «Руслана и Людмилы»? «Вечеров на хуторе близ Диканьки?» В чем смысл «Мастера и Маргариты»? Зачем писать длинную книгу, если, оказывается, требуется всего одно предложение, эдакий цитатник, наподобие выдержек из произведений Великого Кормчего?

Периодически в моей биографии случались периоды, когда я был именно профессиональным литератором, то есть зарабатывал себе на жизнь исключительно литературным трудом. Могу сказать, что при этом меняется отношение к тексту, оно приобретает оттенок утилитарности, невольно начинаешь «планировать вдохновение», прикидывать, сколько нужно сделать сегодня, сколько завтра, ставить себе нормы и лимиты и чуть ли не выписывать самому себе самозакрываемые наряды. Работа в науке позволяет, во-первых, сохранить известную независимость — я могу прекратить писать, если мне это вконец надоест, во-вторых, дает круг общения, в-третьих — служит неплохим подспорьем для того, чтобы мозги не заржавели. Поэтому я буду стараться как можно дольше остаться «в научной обойме». Я считаю, что это идет только на пользу моим книгам.

интервью журналу Мир Фантастики

Спаситель — это Христос без Нагорной проповеди. Это, если угодно, «отклонение в сторону» Ветхого Завета. Это «спасение» без любви, распятие без моления в Гефсиманском саду. Этот образ — отрицание того, что для меня неприемлимо в христианстве, да и любой другой религии, ни во что не ставящий «земную жизнь» в ожидании вечного блаженства в царствие небесном. Тем не менее любой внимательный читатель легко заметит не только бросающееся в глаза сходство, но и очень важные различия. А это, в свою очередь, должно было подвести к некоторым основополагающим выводам — кои, как я вижу по обсуждению, практически никто не сделал. Придется разъяснять в ГБ-2, хотя я искренне надеюсь этого избежать.

Я был, есть и буду русским человеком. Совершенно не важно, где ты живешь территориально. Очень многие русские, приехавшие сюда, впадают в какую-то странную эйфорию. Им кажется, что они вырвались из ада. Они живописуют кошмарные российские подробности: милицейский беспредел, коррупцию, плохую экологию — все, вплоть до ужасного движения и московских «пробок». Я считаю, что, уехав из страны, получив приличную работу и благополучное существование, не стоит ковырять пальцами в ранах своей родины. Нужно сделать то немногое, чем ты можешь ей помочь. По-моему, мои книги — помогают.

интервью журналу Мир Фантастики

Я люблю гномов. Они у меня надежные, основательные, крепко стоят на ногах. Черты, которых многим из нас не хватает. Они отличаются от тех, что из западноевропейского фольклора. Скорее, списаны с русских мужиков. Правда, облагорожены. Но, как в Западной Европе, так и у нас, не упустят случая выпить пива. С моей легкой руки оно стало национальным гномьим напитком. Мне бы хотелось видеть в жизни больше гномов.

интервью журналу Мир Фантастики