Как гибок русский язык, и как ломают его сами же русские люди!

«В действующей армии. Через Байкал»

Любо-дорого глядеть на наших солдатиков, уроженцев южных губерний, оглашающих своими песнями долины Дашичао и Хайчена.

Наши силы между тем с каждым днем увеличиваются свежими бодрыми войсками.

Нет крепости, которую нельзя было бы взять, при отчаянной храбрости войска и при колоссальной жертве людьми, но Порт-Артур построен по последнему слову фортификационной науки и в этом смысле действительно может быть назван неприступным. Это подтвердил такой военный авторитет, как генерал Куропаткин, который осматривал его еще задолго до войны и в  честь которого назван один из построенных там люнетов.

«В действующей армии»

Но вот и Иркутск. Множество громадных каменных домов, прямые, чистые, хорошо вымощенные улицы. В нем 60.000 жителей, среди которых много «сибирских крезов».

Песни эти подхватывает эхо гор и, думается нам, долети их отзвуки до японцев, они устрашились бы их более, чем трескотни батарей и свиста пуль.

Полонезы, экосесы, мазурки, французские кадрили, русские кадрили, манимаски, ригодины или контреданцы, вальсы, англезы — сменялись одни другими. Гремели шпоры улан и гусар в мазурках, отчетливо выделывающих па-де-зефир и антраша, разносили чай, часто подавали оршад, лимонад и фрукты. Все прыгало, вертелось, мешалось… Почтенные московские дамы — маменьки — чинно сидели по стенам, следя завистливыми глазами за большим или меньшим успехом своих дочерей.

«Аракчеев»

То поет Русь могучая, непобедимая.

«В действующей армии»