В последнее время я ощущаю себя 15-летним чуваком. Все потому, что я стал очень тщательно ухаживать за собой. Занимаюсь на тренажерах, перестал пить…

Все эти разговоры о металле и харде… я не подпишусь ни под единым словом. Рок — это просто хорошая музыка. Его нужно слушать, а не говорить о нем!

Доктор, да я сейчас прямо как младенец, пью одно молоко! Тот приподнял брови: — Вы как младенец? Да вас привезли сюда, потому что на концерте в Чикаго вы сломали ногу, прыгая кузнечиком по сцене и крича: «Я — лягушонок!» Вы продолжили турне, наплевав на закрытый перелом, отыграли еще три концерта — в Кливленде, Буффало и Нью-Йорке, пока рана не стала гноиться и вас не увезла «скорая»…

Из всего, что я потерял, мне больше всего не хватает мозгов…

Когда мы поразили Америку, мы были дикой бандой. Мы купили наркотики, и трахали все, что шевелилось.

Когда ты будешь подниматься вверх, ты повстречаешь много разных людей. Не обижай их, потому что ты встретишь их всех еще раз, когда будешь падать вниз.

Когда я встречаю людей, которые меня практически не знают, первое, что я слышу — «О, вы — тот самый парень, что откусывает головы всякой живности?» Меня это уже за­колебало по самое не могу, а они все вспоминают. Больше всего меня бесит, что на самом деле я совсем другой. Если вы думаете, что Оззи Осборн — именно такой, то вы жестоко ошибаетесь.

Куда катится этот мир?

What is the world coming to?

Леди Гага, безусловно, талантливая девушка, и, возможно, когда-нибудь станет новой Мадонной, но не стоит забывать, что и старая Мадонна еще в большой силе. То, что она молчит, ничего не значит: стоит Мадонне выпустить новый альбом и дать пару концертов, скороспелые звездочки могут и погаснуть. Единственный диск Леди Гага не настолько хорош, чтобы сходить по нему всем миром с ума. Ее так много по всем каналам, в газетах и интернете, что можно подумать, будто у нее таких дисков штук десять! Д. Бибер — младенец с гитарой: по тому, как он ее держит, понятно, что он не знает, как этой хренью пользоваться… Надо быть скромнее, детки! В наше время, если ты не равнялся в вокале на Элвиса, а гитарной игре — Джими, тебя не существовало. А вы поете как моя  кошка и примерно так же играете на гитарах!

Мне ставили прививки от бешенства, после того как я откусил голову летучей мыши. Но все нормально. Ведь мыши пришлось ставить прививки от Оззи.

Моя  мама была любителем попеть, а мой  отец был любителем попить.

Мы в конце 60-х только и слышали: «Если вы соберетесь в Сан-Франциско, не забудьте, что у вас должны быть цветы в волосах». Мы же в Астоне, если и видели цветы, так только в венках на гробах, что отправлялись на кладбище.

Настоящая музыка и  мода — вещи несовместимые. Я вообще редко слушаю новые группы. Чаще они слушают меня… Иногда такие ребята приходят ко мне со словами: "Вы оказали очень большое влияние на нашу музыку! ". А я не понимаю, что это значит. Мы ни на кого не стремились оказать влияние — просто играли нашу музыку. Всегда советую и другим придерживаться такого же подхода к творчеству.

На фиг все — в школе мне лучше всего давались прогулы.

От меня все ждут, что я напишу книгу про себя. Но это будет очень тонкая книжечка: «Оззи Озборн родился 3 декабря в Бирмингеме. До сих пор жив, до сих пор поет». Я оглядываюсь на свою жизнь и понимаю, что вспоминать нечего, только рок.

Первые два года мы учим наших детей ходить и разговаривать, а потом до самого совершеннолетия только и орем на них: «Сядь и заткнись».

С возрастом тебя начинают подводить три вещи: во-первых, память, во-вторых и в — третьих я забыл.

Секс с поклонницами? Это как поход в кондитерскую. Все говорят: «Я этого трогать не буду, а то  аппетит себе отобью». Но ты все равно слопаешь какое-нибудь пирожное!