Общество заставляют двигаться вперед не те, кто колеблется между истиной и ложью, эти плясуны на канате, а люди принципиальные. Логика золотой середины может поэтому, в лучшем случае, поддерживать некоторое время существование общества, но она никогда ни на шаг не двинет его вперед. Плодотворен один лишь фанатизм совершенства, страстное стремление к истинному и прекрасному.

Одинокие в мире, мы миру ничего не дали, ничего у мира не взяли, мы не внесли в массу человеческих идей ни одной мысли. (…) Если бы не полчища варваров, потрясших мир, не прошли по занятой нами стране прежде нашествия на Запад, мы едва ли бы дали главу для всемирной истории. Чтобы заставить себя заметить, нам пришлось растянуться от Берингова пролива до Одера.

«Философические письма», письмо первое («Телескоп», 1836, № 15)

Перед нами произведения молодого французского философа, человека во многих отношениях очень умного, стоящего совершенно особняком от философской клики своей страны, но, к несчастью, находящегося также в полном неведении о том, что происходит по ту сторону Рейна, и судящего о философии вообще по той, которой учат с кафедр Коллеж де Франс. А надо сказать, что страна, в которой увидел свет родоначальник современной философии, не пользовалась его наследием в наши дни это замечательное наследство не является достоянием ни г. Кузена, ни г. Жуфруа.

Позволительно, думаю я, всякому честному русскому, искренне любящему свое отечество, в этот решающий час слегка досадовать на тех, кто влиянием своим, прямым или косвенным, толкнул его на эту гибельную войну, кто не учел ее нравственных и материальных ресурсов и свои теории принял за истинную политику страны, свои незавершенные изыскания - за подлинное национальное чувство, кто, наконец, преждевременно воспел победные гимны и ввел в  заблуждение общественное мнение, когда еще не поздно остановиться на том скользком пути, по которому увлекло страну легкомыслие или  бездарность.

Позволительно, думаю я, пред лицом наших бедствий не разделять стремлений разнузданного патриотизма, который привел страну на край гибели и который думает вывести ее из  беды, упорствуя в своих иллюзиях, не желая признавать отчаянного положения, им же созданного.

Позволительно, думаю я,  надеяться, что, если провидение призывает народ к великим судьбам, оно в то же время пошлет ему и  средства свершить их: из лона его восстанут тогда великие умы, которые укажут ему путь весь народ озарится тогда ярким светом знаний и выйдет изпод власти бездарных вождей, возомнивших о себе, праздных умников, упоенных успехами в салонах и кружках.

Позволительно, думаю я, всякому истинно русскому, предпочитающему благо своей страны торжеству нескольких модных идей, позволительно ему заметить, что во всем мире есть только две страны, обремененные национальной партией одна из этих стран накануне исчезновения с мировой арены другой грозит потеря положения первостепенной державы, плода благородных и настойчивых усилий мудрости и мужества.

Прежде всего ты обязан своей родине, как и своим друзьям, - правдой.

Реальное, без сомнения, не есть материальное, потому что всякая верная мысль становится более или менее реальной вне зависимости от того, воплотилась ли она в материю но вместе с тем не следует забывать, что совершенно реальное, как таковое, обладает свойством осуществляться и материально, потому что всякая совершенная реальность заключает в себе и форму, в которой она должна явиться на свет. Так это бывает по отношению к любой математической аксиоме, ко всякой абсолютной истине так обстояло дело и с истиной христианской, пока она еще не обнаружилась в мире, и, наконец, так обстоит дело и с царствием божиим, совершенной реальностью, пока еще не материализованной.

Религия - есть познание бога. Наука есть познание вселенной. Но с еще большим основанием можно утверждать, что религия научает познать бога в его сущности, а наука в его деяниях таким образом, обе в конце концов приходят к богу. В науке имеются две различные вещи: содержание или достижения, с одной стороны, приемы или методы - с другой поэтому, когда ставится вопрос об определении ее отношения к природе, следует им ясно указать, хотят ли говорить о самой сущности науки или об ее методе а вот этогото и не различают.

Религия начинает с веры в то, что она хочет познать: это путь веры наука принимает чтолибо на веру, лишь подтвердив это путем ряда совпадающих фактов: это путь индукции и та и другая, как видите, разными путями приходит к тому же результату - к познанию.

Ретроспективные утопии новой национальной русской школы.

«„L’Univers“, 15 января 1854» (назв. статьи имитирует вырезку из журнала; опубл. в 1934 г.) Под «школой» имелись в виду славянофилы.

Россия, если только она уразумеет свое призвание, должна принять на себя инициативу проведения всех великодушных мыслей, ибо она не имеет привязанностей, страстей, идей и интересов Европы.

Русский либерал - бессмысленная мошка, толкущаяся в солнечном луче солнце это - солнце запада.

Слава богу, успехи в салонах и в кружках я не ставил выше того, что считал истинным благом своего отечества.

Слава богу, я всегда любил свое отечество в его интересах, а не в своих собственных.

Слава богу, я не заблуждался относительно нравственных и материальных ресурсов своей страны.

Слава богу, я не мирился с предрассудками и суеверием, дабы сохранить блага общественного положения - плода невежественного пристрастия к нескольким модным идеям.