Если бы мои книги были немного хуже, меня бы не пригласили в  Голливуд; а если бы они были немного лучше, мне не пришлось бы ехать туда.

Если бы я не поцеловал ее, мы бы крепко стукнулись лбами.

Сестренка (1949)

Жизнь слишком коротка, чтобы подавать жалобу на полицейских.

Прощай, любимая (1940)

Забегаловка, способная отравить даже жабу.

Сестренка (1949)

— Здесь никого нет, кроме меня и огромной мухи.

Сестренка (1949)

Идиоты, мозги которых заклеены жвачкой.

Долгое прощание (1953)

Изнуренные интеллектуалы с сухим кашлем и пустым кошельком.

Высокое окно (1942)

Кто-то откашлялся, как будто прогремел в туннеле товарняк.

Высокое окно (1942)

— Кто-то поставил мне под глазом не фонарь, а целую люстру.

Вечный сон (1939)

Кулак, напоминающий размером и цветом большой баклажан.

Прощай, любимая (1940)

— Лежи смирно, а то  больно будет. Или даже больнее.

Вечный сон (1939)

Луна светила так ярко, что казалось, будто черные тени выбиты резцом гравера.

Высокое окно (1942)

Маленький отделанный кафелем бассейн злобно сверкал на солнце.

Высокое окно (1942)

Машины ревели, словно львы во  время кормления.

Высокое окно (1942)

Микроб с лицензией частного детектива.

Сестренка (1949)

— Морской пучине я предпочитаю компанию червей.

Вечный сон (1939)

Мы продолжали пялиться друг на друга, но это ничего не дало. Видимо, мы оба слишком много занимались в  жизни этим мероприятием.

Сестренка (1949)

Мысли слиплись, словно мухи на клейкой бумаге.

Долгое прощание (1953)