Он напоминал белую мышь, больную туберкулезом.

Долгое прощание (1953)

— Он не сумеет поймать даже мухи, попавшей в кипяток.

Прощай, любимая (1940)

Он сидел за огромным дубовым столом,который плавал еще в Ноевом ковчеге. Ною он достался подержанным.

Долгое прощание (1953)

Он сказал, что даже не покупает начальников и прокуроров. Просто, когда он дремлет, они лежат и мурлыкают у него на коленях.

Долгое прощание (1953)

Он шевелил мозгами с медвежьей энергией крестьянина, выкорчевывающего пень.

Прощай, любимая (1940)

Парень казался, как и большинство местных жителей, чуть недомытым и чуть недокормленным.

Женщина (блондинка) в озере (1943)

Пахло духами и  смертью. Смертью сильнее.

Высокое окно (1942)

По его лицу не лупили разве что ковшом экскаватора. Этому лицу уже ничто не было страшно.

Прощай, любимая (1940)

— Понял, понял. Если буду плохо себя вести, окажусь на дне морском, а сверху будет лежать трамвай.

Долгое прощание (1953)

— По сравнению с ним я голубоглазый младенец с новенькой погремушкой.

Долгое прощание (1953)

Похмелье бывает не только от спиртного, но и от  женщин.

Вечный сон (1939)

При нынешней манере игры шахматы превратились в какую-то холодную войну.

Долгое прощание (1953)

Прическа, роскошная, как  обстановка ночного клуба.

Высокое окно (1942)

— Пусть утопится в озере. Пусть утопится сразу в двух озерах, если не поместится.

Высокое окно (1942)

Ресницы были покрыты таким густым слоем туши, что напоминали миниатюрную чугунную ограду.

Высокое окно (1942)

Салат из тех, что  мужчины покорно жуют в ресторанах, но со скандалом отказываются есть дома.

Свет фонарика пригвоздил меня к стене, как раздавленную муху.

Прощай, любимая (1940)

Слова, крутясь как перышки, упали на пол.

Женщина (блондинка) в озере (1943)