А половци неготовами дорогами побѣгоша къ Дону Великому.

Бишася день, бишася другый, третьяго дни къ полуднію падоша стязи Игоревы

Были вѣчи Трояни, минула лѣта Ярославля, были плъци Олговы, Ольга Святьславличя. Тъй бо Олегъ мечемъ крамолу коваше и стрѣлы по земли сѣяше.

Вѣщей Бояне, Велесовь внуче

Готскія красныя дѣвы въспѣша на брезѣ синему морю, звоня рускымъ златомъ, поютъ время Бусово

Дивъ кличетъ връху древа

Игорева храбраго плъку не крѣсити!

Игореви князю Богъ путь кажетъ изъ земли Половецкой на землю Рускую

Игорь князь высѣдѣ изъ сѣдла злата, а въ сѣдло кощіево

Любо испити шеломомь Дону

О, Днепре Словутицю! Ты пробилъ еси каменныя горы сквозѣ землю Половецкую

Стрѣляй, господине, Кончака, поганого кощея, за землю Рускую, за раны Игоревы

Съ зараніа до вечера, съ вечера до свѣта летятъ стрѣлы каленыя, гримлютъ сабли о шеломы, трещатъ копіа харалужныя въ полѣ незнаемѣ среди земли Половецкыи.

Трубы трубять въ Новѣградѣ, стоять стязи въ Путивлѣ

Ту нѣмци и венедици, ту греци и морава поютъ славу Святъславлю, кають князя Игоря

Уже бо, братіе, не веселая година въстала

Чрьленъ стягъ, бѣла хорюговь, чрьлена чолка, сребрено стружіе – храброму Святьславличу!

Ярославна рано плачетъ въ Путивлѣ