Если верно, что  стиль — это  человек, то каж­дый играет так, как ему положе­но природой. Мне по натуре свой­ственна осмотрительность, я во­обще не люблю ситуаций, свя­занных с риском.

К славе отношусь как к хорошей конфете. Есть — хорошо, нет — можно обойтись без нее.

Многое, слишком многое в шахматах зависит не только от умения играть, но и от характера.

Стиль — это  человек. В моем шахматном стиле как в зеркале отразились черты моего характера. Да, мне свойственны осторожность, осмотрительность, которые в молодости перемежались взрывами вспыльчивости.

Хорошее блюдо можно съесть дважды.

Шахматы обеднели бы, если выбросить мастерство защиты. Настоящее произведение искусства в шахматах создается только тогда, когда атаке противоставляется настоящая защита.

Шахматы — это по форме игра, по содержанию — искусство, а по трудности овладения игрой — наука.

Я вообще счи­таю, что в шахматах все держит­ся на тактике. Если стратегия — это глыба мрамора, то тактика — это резец, которым действует ма­стер, создавая произведение шах­матного искусства.

Я глубоко убежден, что в шахматах, хотя они и остаются игрой, нет ничего случайного.