Знание помнит, не сокрушаясь, тысячу диких безлюдных улиц.

роман «Свет в августе» (1932)

… ибо город считал, что добродетельные женщины нелегко забывают хорошее или дурное, дабы не улетучился аромат и вкус прощения, этого лакомства совести. Ибо город верил, что  дамы правду знают, поскольку он верил, что дурное одурачит лишь дурную женщину, так как ей временами приходится отвлекаться от своей подозрительности. Но что добродетельную женщину оно не проведет, ибо если она добродетельная, значит, ей уже нет нужды до своей или чужой добродетели, и потому она в избытке располагает временем, чтобы учуять грех. Вот почему — считали люди — добро может в любую минуту ее одурачить, и она примет его за зло, но само зло ее никогда не одурачит.

роман «Свет в августе» (1932)

И кажется ему, что он понимал это всегда: что разрушают Церковь не те, кто в ней и наобум ищут чего-то вовне, и не те, кто вовне и наобум ищут чего-то в ней, но профессионалы, которые управляют ею, которые вынули колокола из ее звонниц.

роман «Свет в августе» (1932)

…имя человека может быть не просто служебным звуком названия, но и каким-то предвестием того, что  человек совершит, — если, конечно, другие сумеют вовремя разгадать его смысл.

роман «Свет в августе» (1932)

…искусство увиливать от дела дается лишь человеку недюжинному — как  искусство в любом деле, даже в воровстве или убийстве. Нужно стремиться к определенной цели, добиваться ее.

роман «Свет в августе» (1932)

Каждый солдат может быть убит в пылу сражения — оружием, одобренным повелителями и законодателями войны. Или — женщиной, в спальне. Но — не из охотничьего ружья, не из дробовика, в курятнике. Так стоит ли удивляться, что этот мир населен преимущественно мертвыми?

роман «Свет в августе» (1932)

Как ни печально, но единственное, что  человек может делать восемь часов в день, день за днем, — это работать. Вы не можете есть восемь часов в день, или пить восемь часов в день, или заниматься любовью.

Когда лошадь берет барьер, в этом есть что-то, от чего становится хорошо. Может, это  риск, может, игра. В любом случае именно это мне и нужно.

Когда человек решает, чего не делать, тут, я думаю, он сам себе советчик. Но когда до делать доходит — тут, по-моему, стоит посоветоваться со всеми, с кем можно.

роман «Свет в августе» (1932)

…к пяти годам нельзя накопить столько отчаяния, чтобы родилась надежда.

роман «Свет в августе» (1932)

…к тем суровым и не таким уж давним и забытым временам, когда человек в этой стране не настолько располагал собой и временем, чтобы расточать их зря, а ту малость, которой располагал, должен был защищать и охранять не только от  природы, но и от людей, рассчитывая лишь на собственную стойкость и зная, что не будет вознагражден за нее, — по крайней мере, при своей жизни, — покоем и досугом. Вот откуда шло у него осуждение рабства и собственного отца, кощунника и здоровяка.

роман «Свет в августе» (1932)

Курильщик не наслаждается курением по-настоящему, пока не решит, что это ему вредно.

любовь молодых сыта такою же крохой надежды, как и желания.

роман «Свет в августе» (1932)

…люди, в общем, всюду одинаковы, но, видно, в маленьком городке, где зло осуществить труднее, где возможностей скрытничать меньше, люди зато могут придумать больше зла — приписав его другому.

роман «Свет в августе» (1932)

…не так страшна человеку беда, которая случилась, как та, которая может случиться. За привычную беду он цепляться будет — лишь бы ничего не менять. Да.  Человек будет говорить, как бы он хотел скрыться от живых людей. Но вредят ему мертвые. От мертвых, что тихо лежат на месте и не пытаются его удержать, — вот от кого ему не скрыться

роман «Свет в августе» (1932)

Нет и не может быть оправдания человеку, отнимающему у другого жизнь, и меньше всего — должностному лицу, доверенному слуге своих сограждан. И если на это всенародно уполномочивают слугу закона, который знает, что его  жертва — называйте эту жертву как угодно — ему зла не причиняла, чего же ждать тогда от обыкновенного человека, который убежден, что его жертва причинила ему зло

роман «Свет в августе» (1932)

…ни одна женщина не заслуживает больше одного. Ни одна женщина. Хорошие женщины мучаются с хамами, пропойцами и прочими. Но от какого хама, какая женщина, хороша она или плоха, пострадала так, как страдают мужчины от хороших женщин?

роман «Свет в августе» (1932)

«Но в мире много есть того, что нашей правде и не снилось»,

роман «Свет в августе» (1932)