Анархии на площадке никогда нет. Это такая свобода, у которой есть границы. Я ощутила, что у меня есть своя система, которую только я и знаю. Говорят, у меня даже взгляд меняется в это  время.

Если режиссер плачет в своем кино над цветочком, будь он хоть чудовищем расписным в  жизни - все запомнят его оплакивающим цветочек. А я - наоборот. Я в жизни плачу.

Злокаин лишь на  время срывает маски
Я снимаю про это жесткие сказки

Мужчины становятся настоящими актерами, только когда уже одной ногой в гробу.

Насилие противоречит самой архитектонике души человека.

Недавно ко мне на улице подошел дяденька и сказал: «Девочка, опомнись, что ты делаешь? Ты притягиваешь одних извращенцев!» И ушел.

У меня актри­са после пяти лет обучения в театральном вузе приходит и говорит: «Я не буду разде­ваться». Я ей отвечаю: «Вон отсюда, пошла быстро, чтобы я тебя не видела вообще в кино!»

Это моя  работа. И я ее буду делать, как меня учила Марина Разбежкина: «Единственное оправдание для режиссера, если он не пришел на съемочную площадку, - это что он умер». Я буду ползти, пули будут у меня свистеть над головой.

Я - бедный готик, у меня мрачные мировоззрения.

Я всерьез задумалась о том, что надо мной довлеет некий образ разбитной, брутальной девушки, который непонятно откуда взялся и не имеет ко мне настоящей никакого отношения. Какие цепи? Я же Наташа Ростова на первом балу!

Я не навешиваю ярлыки, не расставляю акценты. У меня нет однозначно плохих или хороших героев. В каждом есть божья искра, в каждом есть место для доброты.

Я предпочитаю снимать друзей. Или людей, которые станут моими друзьями. А бывает такое, когда тебе дают актеров. У меня было один раз. Это как трахаться с каким-то незнакомым человеком. Актер же становится человеком, посвященным в твои тайны. Ты ему выкладываешь все, что внутри, суперличные вещи. Я говорю: «У меня такое было, ты должен так сыграть. Это будет цимес».

Я просто привыкла к свежевыжатому соку, а не к консерванту. И актеры играют себя такими, какие они были и есть на самом деле. Настоящими.

Я слишком маленькое звено в огромной Вселенной. Это мое дело на Земле, и я его люблю. Ничем другим я пока не могу помочь загибающемуся человечеству.

Я слышу один бесконечный стон
Я королева драма, этот мир мой трон
Мой герб украшает оскаленная лиса
Я ваши слезы и ваши глаза.