Уж лучше думать, что ты злодей,
Чем знать, что ты заурядный пня.
Я перестала любить людей, -
И люди стали любить меня.
Вот странно - в рваной ходи джинсе
И рявкай в трубку как на котят -
И о тебе сразу вспомнят все,
И тут же все тебя захотят.
Ты независим и горд, как слон -
Пройдет по телу приятный зуд.
Гиены верят, что ты силен -
А после горло перегрызут.

Умрешь… да, когда-нибудь… но пока дыши.
Ты только не пиши мне, пожалуйста… не пиши…
Никакой души не хватит… усталой моей души…

Универсальное женское проклятие “ чтоб тебе любимый позвонил сразу после маникюра в дорогом салоне, а телефон лежал на самом дне сумки!

Устанешь быть лирическим героем “ Так просто пообедать заходи.

Хотя все, что необходимо сказать ему,
До сих пор содержится в двух обоймах.

Хочется выкупить у какого-нибудь пожилого инженера универсальный декодер и обрести дар всегда быть понятым правильно.

Хочется каждую минуту знать, что тебе хватит сил на всю ту огромную важную жизнь, которую ты себе надумал.

Черт, мне двадцать. И это больше не смешно.

Что меня беспокоит? На-ка вот:
Я хочу, чтоб на Рождество
Сделал Бог меня одинаковой,
Чтоб не чувствовать ничего.

Что-то догнивает, а что-то выжжено – зима была тяжела,
а ты все же выжила, хоть не знаешь, зачем жила,
почему-то всех победила и все смогла

Что-то клинит в одной из схем. Происходит программный сбой.
И не хочется жить ни с кем, И в особенности с собой.
Просто срезать у пяток тень. Притяжение превозмочь.
После “ будет все время день. Или лучше все время ночь.

Что толку трогать ножкой омут, когда ныряешь с головой?

Эта музыка не калечит,
Болевой вызывая шок –
Она легче –
Ее на плечи
И несешь за собой, как шелк.

Это замечательный мир, один из прекрасных самых.
Так и запиши себе, недоумок.

Я больная. Я прокаженная.
Мой диагноз “ уже пароль:
“Безнадежная? Зараженная?
Не дотрагиваться “ Люболь”

Я вот хочу мандарин, даже два, и замуж за одного мальчика. Должно быть весело, замуж я еще не пробовала.

Я готова всю жизнь ссориться с любимой подругой и слушать от нее несправедливости и упреки в собственной мягкотелости, лени и показушности – но я знала и знаю, что она имеет на это право. Мы убьем друг друга за идею, но никогда не станем банально как-нибудь и нелепо вцепляться друг другу в волосы из-за мужика или поднимать хай из-за дурацкого стобаксового долга. И если мы когда-нибудь все-таки поссоримся навсегда – это будет как раз тот случай, когда лучшие друзья перестанут быть друзьями, но останутся лучшими. И я буду думать о ней светло, и говорить гордо, едва зайдет речь – N? Да, мы когда-то были не разлей-вода – и всю жизнь расти и добиваться вершин, чтобы доказать ей, что я была ее достойна.

“ Я думала, ты бросил.
“ Я бросил, “ говорит он, придерживая уголком губ сигарету, и хлопает себя по карманам в поисках зажигалки, “ Но, как видишь, нам удалось остаться близкими друзьями.