Говорить за нас должны наши полотна. Мы создали их, и они существуют, и это самое главное.

Если внутренний голос говорит вам, что вы не можете рисовать – рисуйте как можно больше, тогда этот голос затихнет.

Если даже мне удастся в  жизни поднять голову чуть повыше, я все равно буду делать то же самое - пить с первым встречным и тут же его писать.

Живопись все равно, что слишком дорогая любовница: с ней ничего не сделаешь без денег, а  денег вечно не хватает.

Жизнь без  любви я считаю греховным и безнравственным состоянием.

Кто же из людей нормален? Быть может, вышибалы публичных домов - они ведь всегда правы?

Кто страдает желудком, у того нет свободы воли.

Любопытно все-таки, до чего плохо в материальном отношении живется всем художникам - поэтам, музыкантам, живописцам, даже самым удачливым. Все это поднимает вечный вопрос: вся ли человеческая жизнь открыта нам? А вдруг нам известна лишь та ее половина, которая заканчивается смертью.

Люди на юге хорошие, даже у священника вид порядочного человека.

Нам было бы гораздо полезнее не устраивать грандиозных выставок, а обратиться к народу и трудиться во имя того, чтобы в каждом доме висели картины или репродукции.

Наша земная жизнь похожа на поездку по железной дороге. Едешь быстро и не видишь ни того, что впереди, ни - главное - локомотива.

О  Боге нельзя судить по созданному им миру: это всего лишь неудачный этюд.

Равнодушие к живописи - явление всеобщее и непреходящее.

Только опыт и незаметный каждодневный труд делают художника зрелым и дают возможность создать что-то более верное и законченное.

Трудно познать самого себя. Однако написать самого себя не легче.

Человек приходит в мир не для того, чтобы прожить жизнь счастливо, даже не для того, чтобы прожить ее честно. Он приходит в мир для того, чтобы создать нечто великое для всего общества, для того, чтобы достичь душевной высоты и подняться над пошлостью существования почти всех своих собратьев.

Я заплатил жизнью за свою работу, и она стоила мне половины рассудка.

Я перестаю бояться безумия, когда вижу вблизи тех, кто поражен им.