...< Темы 

Цитаты на тему: Подозрение

Подозреваю я провел почти в точности столько же времени в работе над рассказами, сколько средний человек моего возраста потратил перед телевизором, и в этом, как ни в чем  другом, может быть настоящий секрет.

I suspect I have spent just about exactly as much time actually writing as the average person my age has spent watching television, and that, as much as anything, may be the real secret here.

Подозрение всегда живет в душе преступной: каждый куст кажется вору сыщиком.

Сколько держав даже не подозревают о моем существовании!

Тот, кого подозревают в краже из казны, должен восприниматься как ограбивший правителя.

Тот, кто говорит, что подозрение – это та же любовь, ошибается, ибо, хоть оно и рождается из любви, как зола из огня, оно, подобно золе же, тушит этот огонь.

Я всегда с подозрением отношусь к людям, которые каются в чужих грехах.

Я подозреваю, что грань между рок-звездой и психически больным человеком ничтожно мала. Мне нравится быть фриком, это круто.

I guess the line between being paranoid and being a rock star is smaller than one would expect. I love being a freak. It's great!

Я сознаюсь, что подходил к Сталину с некоторым подозрением и предубеждением. В моем сознании был создан образ очень осторожного, сосредоточенного в себе фанатика, деспота, завистливого, подозрительного монополизатора власти. <…> Я ожидал встретить безжалостного, жестокого доктринера и самодовольного грузина-горца, чей дух никогда полностью не вырывался из родных горных долин. Но я вынужден был признать, что под его руководством Россия была не только сверхтиранизирована и приведена в упадок, она была отрегулирована и возрождается. <…> Все смутные слухи, все подозрения для меня перестали существовать навсегда, после того, как я поговорил с ним несколько минут. <…> Однако ум Сталина был почти так же ограничен, ограничен в доктринах Ленина и Маркса, как и умы выдрессированных сотрудников британской разведки и дипломатии (о которых я уже отозвался весьма нелестно). Он был точно таким же негибким. <…> Иногда мне хотелось сдвинуть его с неприступных позиций, и иногда это, кажется, удавалось, но как только Сталин чувствовал под ногами зыбкую почву, он находил опору в какой-нибудь испытанной временем фразе и продолжал отстаивать свои ортодоксальные взгляды. <…> Я никогда не встречал человека более искреннего, порядочного и честного; в нем нет ничего темного и зловещего, и именно этими его качествами следует объяснить его огромную власть в России.

Опыт автобиографии (1934)